– Я должен предупредить Каракса.
Беа умоляюще посмотрела на меня, но я уже выскользнул в коридор, не оставляя себе пути к отступлению. Я осторожно пробрался к главной лестнице. Там уже не было Фумеро, и шаги его стихли. Судя по всему, он затаился где-то в темноте и терпеливо ждал. Я вернулся в коридор и сквозь галерею комнат добрался до центральной части дома. Сквозь замерзшее окно просвечивали четыре мутных, как стоячая вода, синеватых луча света: внизу, у главных ворот, стоял черный автомобиль. Я узнал машину лейтенанта Паласиоса. В темноте вспыхнул огонек сигареты. Паласиос сидел за рулем. Я медленно стал спускаться вниз, ступенька за ступенькой, стараясь ступать как можно тише. На середине лестницы я замер, вглядываясь в густую темноту первого этажа.
Фумеро оставил входную дверь открытой. Порыв ветра задул оставшиеся свечи, и снежные вихри кружились под сводами потолка, засыпая ледяной пылью и заиндевелой прошлогодней листвой руины дома Алдайя. Я спустился еще на четыре ступеньки, опираясь рукой о стену. В темноте я с трудом различил стеклянную дверь библиотеки. Фумеро все еще не подавал признаков жизни. Я спрашивал себя, не спустился ли он в часовню или в склеп? Снежная пыль, проникавшая в дом с порывами ветра, скрадывала его следы. Я спустился вниз, внимательно вглядываясь в коридор, который вел к выходу. Ледяной вихрь больно ударил в лицо. Рука затонувшего в фонтане ангела смутно виднелась во мраке. Я посмотрел в другую сторону. От лестницы до двери в библиотеку было не более десяти метров. Эта часть прихожей была погружена в темноту. Я понимал, что Фумеро может находиться где-то здесь, совсем рядом, наблюдая за мной. Глубоко вздохнув, я шагнул в непроглядный мрак коридора и почти вслепую преодолел расстояние до библиотеки.
Большая овальная комната была залита тусклым бледно-призрачным светом, проникавшим из заснеженного сада. Тени от падавшего за окнами снега проносились по голым стенам. Я скользнул взглядом в поисках Фумеро, который, возможно, был уже у самой двери. В двух метрах справа от себя я заметил какой-то предмет на стене. На мгновение мне показалось, что он движется, но это был только отблеск лунного света на стальном лезвии. Ножом, возможно, складным и обоюдоострым, к стене был пришпилен кусок бумаги или картона. Подойдя ближе, я узнал его. Это была обгоревшая фотография, однажды оставленная на прилавке книжного магазина странным незнакомцем. На портрете совсем юные Хулиан и Пенелопа улыбались той жизни, которой у них никогда не будет. Лезвие ножа вонзилось прямо в грудь Хулиана. Тогда я понял, что не Лаин Кубер и не Хулиан Каракс оставили это зловещее приглашение. Это сделал Фумеро. Фотография была отравленной приманкой, ловушкой. Я протянул руку, чтобы выдернуть нож из стены, но тут же ощутил на затылке холодное дуло револьвера.