– Хулиан когда-нибудь упоминал девушку по имени Пенелопа?
– Пенелопа? Не думаю. Я бы запомнила.
– Она была его невестой, когда он жил в Барселоне.
Я достал из кармана фотографию Каракса и Пенелопы Алдайя и протянул Нурии. Я увидел, как улыбка осветила ее лицо, когда она смотрела на юного Хулиана. Нурию явно терзала ностальгия, словно она потеряла очень близкого человека.
– Какой он тут молоденький… А это и есть Пенелопа?
Я кивнул.
– Очень красивая. Хулиан всегда почему-то оказывался в окружении красивых женщин.
Таких же, как вы, подумал я.
– Вы не знаете, у него их было много?…
Нурия вновь улыбнулась, но на сей раз улыбка относилась ко мне:
– Невест? Подруг? Я не знаю. Честно признаться, Хулиан никогда не рассказывал о своей личной жизни. Только однажды, чтобы задеть его, я задала ему примерно такой же вопрос. Вы, верно, знаете, он зарабатывал на жизнь, играя по вечерам на фортепьяно в публичном доме. Вот я и спросила, не испытывал ли он соблазна, будучи окруженным столь доступной красотой. Но моя шутка не вызвала у него улыбку. Хулиан ответил, что не имеет права никого любить, что он заслужил свое одиночество.
– Он объяснил почему?
– Хулиан никогда ничего не объяснял.
– Да, но ведь незадолго до своего возвращения в Барселону, в 1936 году, он чуть не женился.
– Так говорили.
– Вы в этом сомневаетесь?
Она со скептическим видом пожала плечами.
– Как я вам говорила, в течение тех лет, что мы с ним были знакомы, Каракс не упоминал ни одну женщину, а тем более кого-то, на ком собирался жениться. Слухи о его предположительной свадьбе дошли до меня гораздо позже. Неваль, последний издатель Каракса, рассказал Кабестаню, что невеста была на двадцать лет старше Хулиана, какая-то богатая тяжело больная вдова. По словам Неваля, эта дама всячески поддерживала Хулиана все то время, что он жил в Париже. Врачи сказали, что ей осталось жить не больше года, и она решила выйти за Хулиана, чтобы тот унаследовал ее состояние.
– Но сама свадьба так и не состоялась.
– Не состоялась, если когда-либо вообще существовала эта идея и эта богатая вдова.
– Как я понимаю, у Каракса был поединок на рассвете того самого дня, когда была назначена брачная церемония. Вы не знаете, с кем и по какой причине?
– Неваль предположил, что с человеком, имевшим отношение к его невесте. Какой-то ее дальний и корыстный родственник, не желавший, чтобы наследство попало в руки постороннего выскочки. Неваль специализировался тогда на издании бульварных романов, и мне кажется, специфика этого жанра сильно повлияла на его воображение.