Он снова молчит. Может, мне стоило рассказать о своей обиде раньше, но я решил не зацикливаться на этом. Искал оправдания — наверное, у него есть причины на это, позже бы обязательно рассказал. Не рассказал. Не извинился. Не попытался объяснить.
— Ты не доверял мне, пока я считал тебя братом! Ты и сейчас не научился никому доверять! Ни родителям, ни даже Лерке. Ходишь страдаешь, что она к какому-нибудь Малевичу уйдет! А мне так подавно ты не доверяешь. — Я успокаиваюсь, хотя внутри — цунами, и добавляю тише: — Кому угодно, но не мне точно.
С силой провожу ладонью по лицу, будто могу стереть обиду. Она не уходит, сидит и упорно грызет меня изнутри.
— Ты унижаешь меня с первого нашего дня здесь. Так почему я должен рассказывать тебе, если кроме нотаций, ничего не слышу? Чтобы ты сказал, узнай, что я влюбился в девчонку, которой не нужен? Что ради нее влез в долги, устроился на работу уборщиком? Сказал бы, что я идиот? Я это и без тебя знаю! Но от тебя, от лучшего друга, хочу хоть раз услышать слова поддержки!
Рука сама сжимается в кулак, и я, пытаясь выплеснуть злость, бью со всей силы по стене. Кость отзывается болью, но она ничто по сравнению с той болью, что внутри.
— Вовчик, ты и правда идиот… — тихо говорит Даня.
Его виноватый взгляд не отрывается от меня, будто он услышал меня и понял, насколько сильно обидел. Но я не верю ему. Больше не верю.
— Да пошел ты, — отвечаю и ухожу из комнаты, стукнув дверью.
И звук этот летит по узкому коридору как что-то окончательное. Как точка, которая так и напрашивалась быть поставленной.
Глава №26 Вовка
Ночная Москва по-своему красива. Светится огнями, неоновыми вывесками, стильными фонарями. Я бы мог полюбить этот город, если бы он не принес мне столько боли. Конечно, я понимаю, что это не столица виновата, а я сам. Но дальше унижать себя не могу.
Брожу по тропинкам, не смотря на время. Улицы опустели, попадаются лишь одинокие прохожие, спешащие домой. Мне торопиться некуда, идти — тоже. Общага уже давно закрыта, в комнате до сих пор пахнет ссорой, и сегодня я не готов туда вернуться.
Ноги гудят от усталости, только останавливаться нельзя. В голове много мыслей, но я их не слушаю. Смотрю по сторонам, ежась от прохладного ночного воздуха. Спать не хочу, да и ничего не хочу, только вернуться к родителям. Сдаться, потому что дальше сил бороться нет.
С первыми лучами просыпающегося солнца иду обратно. После ночи на улице болят ноги и спина, возвращаться в общагу нет желания ровно до того момента, пока мне не приходит сообщение. Открываю с замиранием сердца и выдыхаю — зарплата. Очень вовремя, конечно, вот бы день назад, но так даже лучше.