Кладу пальцы на струны, вспоминая ноты и слова, что мы учили с папой. Как пели маме, играя на двух гитарах, а она хлопала нам, как самым любимым музыкантам.
Глава №24 Кира
Прохлада от земли просачивается сквозь ткань джинсов, но мне не холодно. Тепло человека, сидящего напротив меня, согревает лучше, чем пламя от костра. Я жду музыку, да и все ждут. Ребята затихли, и это радует — никто не показывает свое невежество. Вова трогает струны, и под его пальцами рождаются первые звуки.
Я готовлюсь к веселой песне — такой же, какой он сам. Но аккорды звучат иначе, не как я ожидала. Скорее, так, как он выглядит эти дни. Грустно, немного надрывно, медленно. И уже с первых слов я понимаю, что песня не будет веселой.
Порой судьба дает нам шанс
За край мечты рукой держаться…
Его голос такой приятный, бархатный, звучит сначала неуверенно, но с каждым словом становится тверже. У него есть слух, он не фальшивит, а играет так, будто родился с гитарой в руках.
Тому, кто в жизни одинок
Судьба подарит шанс однажды
И как бы ни был путь далек
Идти к нему и не сдаваться.
От приятного голоса и слов кожа покрывается мурашками, а внутри — настоящая буря. Никогда не думала, что чья-то игра на гитаре так сильно тронет за душу.
Старайся жить, ведь жизнь одна
Она ошибки не прощает
Она у каждого своя
И слабых просто вытесняет.
Мне кажется, что он поет про себя или про меня. На последних словах припева поднимает на меня взгляд, будто говоря, что слабый — это он. В его глазах отражается огонь и смотреть на это можно вечно. Но Вова снова прячет взгляд, смотрит то на струны, то на костер. Играет уверенно, по памяти, почти не глядя на гитару.
Судьба не бьет, она ведет
Куда не каждый доплывает
Сквозь боль к тому, кто тебя ждет
А у кого-то отбирает*.
Он начинает играть уверенней, и гитара его слушается. Сколько же у него скрытых талантов?
Вова заканчивает играть, ударив последний раз по струнам, и музыка доигрывает уже без него. Ребята хлопают, он скромно кладет гитару на ноги струнами вверх, показывая, что на сегодня достаточно. А я хочу, чтобы он ещё играл, а потом ещё и ещё. Его голос задеваеи за живое, и внутри продолжает дрожать уже от воспоминаний.
— Классно играешь, — говорю искренне и плевать, что где-то недалеко стоит Ярик. — Где учился?
— Меня учил отец, — отвечает Вова.
— Он музыкант?
Жду ответ и молюсь, чтобы он не воспользовался моей подсказкой, а сказал правду.
— Нет, — качает головой он и поднимает на меня взгляд. — Он сварщик.
— Значит, музыкальный талант передается с генами? — улыбаюсь, подтверждая свою теорию. Он не стал врать, не начал придумывать истории о богатом отце, чтобы показаться крутым.