Рядом проходят студенты, не замечая, что я почти позорно грохнулась на жесткие ступени, но тут мое тело врезается в кого-то. Я машинально цепляюсь в плечи, а на мою поясницу ложится ладонь. Пытаюсь сообразить, но голова словно отключилась. Только чувствую, что меня поднимают в воздух и легко, как пушинку, ставят на пол лестничного пролета.
— Проклятье, — тихо ругаюсь я и поднимаю взгляд на своего спасителя.
Зеленые взволнованные глаза смотрят сначала на меня, потом на сломанный каблук.
— Грёбаный день, — снова ругаюсь. — Вова, спасибо.
— Что случилось? — спрашивает он, будто ему и правда интересно.
— Да не с той ноги встала. Судя по всему, с той, которую чуть не сломала.
— Идти можешь?
Я поднимаю ногу и показываю почти оторванный каблук.
— Ну как бы не знаю…
— Не проблема, — бодро отвечает Вова. — Держись за меня, спасем твой каблук.
Не спрашивая разрешения, он подхватывает меня за талию, и мне приходится закинуть руку ему на плечо. Смущение сковывает меня, но он беспощаден. Почти тащит меня вниз, а я уже и дышать не могу. Его хватка сильная, но не болезненная.
Я бы могла снять туфли, но почему-то эта здравая мысль приходит ко мне в тот момент, когда он уже стаскивает меня с лестницы и ставит возле окна.
— Жди здесь! — говорит он, смотрит по сторонам и ныряет в кабинет.
Покорно замираю у окна, ещё ощущая тепло чужой руки. Странное чувство неловкости и стыда накрывает меня с головой. Я уже готова сбежать от позора, но тут Вова появляется снова. Подходит ко мне и стаскивает с меня туфлю. Я успеваю только открыть рот, чтобы сказать, что могу сама.
В его руке виднеется тюбик с клеем, и он наносит несколько капель на подошву.
— Клей? Откуда? — спрашиваю глупость, потому что мозг словно взбили миксером.
— Стырил, — спокойно говорит он и прижимает каблук. Поднимает взгляд и быстро добавляет: — Я верну.
И смотрит такими честными глазами, что мне становится смешно. Губы дрожат в попытке засмеяться, и с трудом удается сдержать себя.
— Готово, — говорит Вова и надевает мне туфлю обратно, как Золушке.
Его это вообще не смущает. Он этим каждый день занимается что ли?
— Ходи аккуратно, может отвалиться, — предупреждает он. — Ноги береги.
Я пытаюсь выдавить благодарность, но удается только кивнуть. Он слегка улыбается мне и уходит возвращать украденный клей на место. А я, пока он в кабинете, просто ухожу. Не понимая от чего, но хочется сбежать.
Глава №7 Вовка
Она ушла, — с такой мыслью я выхожу из кабинета. Даже кажется, что всего этого не было, и мне просто показалось. Только жесткая, противная клеевая пленка на пальцах говорит, что я все-таки не сошел с ума.