— Что рассказывать? — Мина смотрит в стакан.
— Всё, — говорю я.
— Нечего рассказывать.
— Финн, — говорит Симби.
Мина краснеет.
Мина! Краснеет!
— Ну, — она крутит стакан в пальцах. — Ну, мы, вроде как… встречаемся.
Мы с Симби визжим так, что на нас оборачивается полгостиной.
— Тише вы! — шипит Мина. — Ничего особенного. Он просто позвал гулять. А потом ещё раз. А потом…
— А потом? — тянет Симби.
— А потом не ваше дело.
Мы хохочем. Мина швыряет в Симби диванную подушку, Симби уворачивается и проливает вересковку себе на балахон.
— Tonnè! Это ты виновата.
— Вот ещё. А сама-то? Вы с Омаром вообще…
Рядом с нами садится Омар. С тремя стаканами.
— Что «вы с Омаром»? — спрашивает он спокойно.
Мина закрывает рот. Симби закрывает рот. Я давлюсь вересковкой.
— Ничего, — говорит Мина. — Погода хорошая.
Омар раздаёт нам стаканы и улыбается.
В дальнем углу гостиной, отдельно ото всех, сидит Аврора. Подружки танцуют у колонок, а она сидит в кресле с кружкой и не пьёт. Смотрит на дверь. Отворачивается. Потом снова смотрит.
Я вспоминаю лазарет. Как она плакала у кровати Тео и он не повернулся к ней.
Мне её даже жаль.
Дверь открывается. Входит Винсент.
Он встаёт в проходе и окидывает всех взглядом. Очень серьёзным.
— У меня для вас новость.
Майки убавляет звук.
— Что случилось? — Мина приподнимается с дивана.
— Опять кого-то?.. — шепчет кто-то за спиной.
Винсент молчит. Держит паузу.
— Смотрите, кто к нам присоединился.
Он отходит с прохода в сторону. И из коридора в гостиную входит Тео.
Секунду все молчат. А потом гостиная взрывается.
Майки врубает музыку на полную. Кто-то свистит. Тео хлопают по плечам, обнимают, тащат к камину.
Вместо правой руки у него протез. Весь из шестерёнок, пружинок и тонких латунных пластин. Когда Тео сжимает пальцы, внутри что-то тихо щёлкает и жужжит.
— Привет, ребят, — говорит Тео. — Что, не ждали?
Майки суёт ему стакан вересковки. Тео берёт его протезом, сжимает пальцы, и стакан не падает.
— Смотри-ка, держит. — Тео поднимает стакан. — Ну, я же говорил, дальше может быть только лучше.
Все смеются.
Мина танцует с Симби у колонок, покачивая бёдрами. Тео показывает, как у протеза крутятся шестерёнки, и вокруг него собирается толпа. Омар рассматривает протез и что-то спрашивает про пружины.
Даже Давид здесь. Сидит на подлокотнике кресла и подкалывает Майки.
— Ты эту песню третий раз ставишь.
— Это классика!
— Это пытка. Мина, скажи ему.
— Майки, это пытка, — кричит Мина от колонок.
— Вы ничего не понимаете в музыке. — Майки делает звук громче. — Вот, послушайте нормально. Это же шедевр.
Давид встаёт и уходит в угол гостиной. Там стоит рояль. Старый, тёмный, с потёртыми углами. Я думала, на нём никто не играет. Давид поднимает крышку.