— Я не буду целовать тебя первым. Сначала попроси меня.
Что? Да как он вообще додумался такое сказать? Вот жук.
— Не дождёшься, — отвечаю я и отпихиваю его, насколько позволяет ниша.
Его рука у моей шеи сжимается в кулак. Он убирает её.
— Без вольностей, помнишь?
Шарканье стихает где-то вдалеке.
— Пойдём. Только не через главный коридор.
* * *
Давид берёт меня под локоть и ведёт боковым проходом, где нет ни одной лампы. Я всё равно спотыкаюсь, но каждый раз он держит крепче и не даёт мне упасть. Сам он при этом ни разу не запинается.
— Что ты искала в архиве? — спрашивает он.
Раз уж он меня поймал, скрывать больше нечего.
— Своё дело. Как оказалось, я должна была прожить ещё пятьдесят шесть лет. А в графе «Причина смерти» пусто. Даже прочерка нет.
— Мне жаль, что так вышло. Ты этого не заслужила.
— По-моему, меня столкнули, — продолжаю я. — Мне под дверь записку подсунули: «Тебя толкнули». Я думала, это Аврора издевается над тем, как толкнула меня после пары. А теперь понимаю, что это про скалу.
— Что-нибудь ещё странное замечала?
— Майки. Он вышел из-за гобелена с драконом. Прямо из стены.
— Интересно, что он там делал так поздно?
А я откуда знаю? И чего я вообще ему всё выкладываю, а он только вопросы задаёт? Прям допрос какой-то.
— Чёрт, дверь! — Я встаю как вкопанная. — Я не успела закрыть архив, как раз тогда за мной погнался завхоз. Утром Грейс её найдёт и всё узнает.
— Не найдёт. Я закрою.
— Как?
Давид не отвечает и идёт дальше.
* * *
У моей двери мы стоим друг напротив друга. Давид крутит в пальцах мой карандаш.
— Ты не должна одна вести свои детективные игры. Я твой куратор и головой за тебя отвечаю. С этого момента ты рассказываешь всё мне. — Он делает шаг ко мне.
Мне хочется его поддеть, отыграться за то, что в нише он тоже потянулся ко мне, а потом взял и остановился.
— И что ты сделаешь, если не расскажу?
— Что ж. — Он снова шагает ко мне.
Я упираюсь спиной в дверь.
— Тогда я буду утаскивать тебя в каждую нишу этой Академии. — Снова шаг. — И кто знает, чем это может обернуться.
Он так близко, что я чувствую его горячее дыхание.
Я успеваю только подумать, что была бы и не против такого исхода, как он резко отходит. И снова становится обычным насмешливым Давидом.
— Тебе же выгоднее мне всё рассказывать. Я смогу помочь. А если надо, и прикрыть.
Помочь и прикрыть, значит? Помощь мне правда не помешает. Но договор-то получается в одну сторону: я ему рассказала всё, а он мне только «был рядом».
— Хорошо. Но тогда и ты мне рассказываешь всё, что я спрошу. А не отвечаешь вопросом на вопрос.