Месяц. Тридцать дней в одной клетке с тем, кто тебя презирает. Вариантов было два. Первый — устроить такой ад, чтобы по возвращении они застали пепелище. Вывести из строя всю технику, разгромить гостиную, довести её до истерики, чтобы она сбежала обратно к себе в ту самую хрущёвку. Второй — найти способ выжить в этом кошмаре, не сойдя с ума. И почему-то второй вариант казался невыполнимым.
Я глубоко вдохнул последние остатки ночного воздуха, теперь уже пахнущего только тоской и безысходностью. Пора возвращаться. Войти обратно в эту ярко освещенную витрину семейного благополучия. Я толкнул тяжелую дверь.
Они сидели там. Отец что-то оживленно рассказывал своей жене, та смотрела на него с обожанием. Ее дочурка отрешенно ковыряла вилкой салат, её профиль был напряженным и невероятно одиноким. Картина идеальной новой семьи. А я — инородное тело. Пятно на этом глянцевом полотне. Лишний, но почему-то обязательный элемент декора. Заложник их выдуманного мира.
— Ладно, — прошептал я про себя, возвращаясь к столу. — Игра началась. Хотите, чтобы я был старшим братом? Хотите большую, дружную семью? Вы её получите.
Такую, что вам всем мало не покажется.
Особенно тебе, сестрёнк*. Особенно тебе. Готовься. Твоя сказка закончилась.
Клуб обрушился на меня стеной звука, липкого воздуха и слепящего мельтешения. Бас-бочка била в ритме, заставляя вибрировать не только пол, но и внутренности. Стробоскопы выхватывали из темноты обрывки лиц — жадных, возбуждённых, забывших себя. Я стояла, прижавшись спиной к прохладной стойке барной зоны. В руке леденел бокал со сладким коктейлем, который я не хотела пить. Лиза растворилась в этом человеческом море с первым же подошедшим парнем. Я осталась одна, белая ворона в чёрном, слишком откровенном платье.
Тогда-то, сквозь толпу, я и увидела их.
Они стояли на возвышении у VIP-ложи. Артур. Он опирался локтями о барную стойку в своей зоне, но в его позе не было расслабленности. Чёрная рубашка нараспашку, под ней — простая серая футболка, но он казался затянутым в тугой корсет. Его друзья — двое парней и девушка — смеялись, чокались бокалами, разговаривали, наклонившись друг к другу. Артур тоже улыбался в ответ на что-то, но это был оскал — напряжённый, механический. Его взгляд скользил по залу, но не видел его, он был обращён внутрь.
И вдруг этот взгляд на секунду зацепился за меня. Я увидела, как его зрачки резко сузились. Он отвёл глаза, но было поздно — его друг, высокий парень с небрежно зачёсанными тёмными волосами и вызывающе доброжелательной улыбкой, уже следил за его взглядом. Парень обернулся, его карие глаза, блестящие в свете софитов, нашли меня, оценили с ног до головы, и в них вспыхнул азартный, прямой интерес. Он что-то громко сказал на ухо Артуру, хлопнув того по плечу и кивнув в мою сторону.