— Значит, так он меня нашел… Пришел к тебе, потому что больше мне было негде спрятаться… — на фоне всего остального это казалось сущей безделицей, но говорить об этом было проще, чем об остальном.

— Я поставил тебе хорошую защиту. Из-за нее ты плутала по лесу до тех пор, пока не пришла прямо ко мне. Мне оставалось только тебя встретить. Удо понял, когда потерял тебя из виду.

Он наклонился и вдруг коснулся губами кончика моего носа.

— Ты в самом деле была ему очень нужна. Думаю, со временем он научился уважать тебя, но делал это очень по-своему.

Волна чудовищного холода поднялась по спине, и я снова сжала руку Бруно.

Нового герцога Керна, если быть точной.

Молчание становилось глухим и тягучим — он не торопил меня, а я изо всех сил старалась оформить в слова хотя бы одну из десятков крутящихся в голове мыслей.

— Что мы будем делать теперь?

В конце концов, только это прямо сейчас и было важно.

Бруно хмыкнул и притянул меня ближе, вынуждая прижаться к своему плечу.

— Мы — ничего. А вот ты на рассвете отправишь гонцов с теми письмами, которые, я надеюсь, написала. Потом возьмешь парадную шпагу мужа, ту, что инкрустирована агатами, и организуешь торжественное и красивое прощание с герцогом Удо.

Его план полностью совпадал с моими собственными мыслями, но теперь, помимо них, было слишком много всего другого.

— А ты?

Вывернувшись из его объятий, я снова заглянула Бруно в лицо, и едва не содрогнулась от того, как сильно он сейчас был похож на своего брата.

Только глаза не голубые, а серые. Темные, жуткие, но почему-то совсем не страшные.

— Ты хочешь знать, смогу ли я спать спокойно, зная, что он скитается где-то совсем один со своей виной, вынужденный отказаться от имени и скрывать свое мастерство, чтобы ненароком себя не выдать?

О да, это было именно то, что я больше всего желала знать!

И он сформулировал это лучше, чем я сама смогла бы.

От ответа Бруно сейчас зависело так много, что я ждала его, не думая больше ни о чем на свете.

К его чести, он не заставил меня ждать слишком долго.

— Он согласился взять деньги. Надеюсь, ему не хватит сумасбродства отдать их первому же встречному бродяге. Эти земли ему действительно придется покинуть, слишком многие здесь знают его в лицо.

Это было ни «да», ни «нет», и настолько в духе самого Удо, что, забыв о том, что мгновением ранее прирастала к полу от страха, я обняла его за шею.

— И как далеко ты сможешь следить за ним?

Бруно снова улыбнулся только уголками губ, но я чувствовала, что он испытал не меньшее облегчение, чем я сама.

— Дальше, чем он думает. В конце концов, старший из нас двоих я.