В них кто-то постучался.
Застывший рядом со мной Бруно наблюдал за происходящим молча, и, кажется, точно так же, как и я, испытывал странное тягостное чувство. Предощущение беды, способной сломать все планы и изменить жизнь до неузнаваемости.
Крутившийся возле ворот мальчишка развернулся и со всех ног побежал ко мне.
— Герцогиня… — он запнулся, восстанавливая дыхание. — Там какой-то человек. Он просит о чести повидаться с вами.
Это было неожиданно, и, разумеется, герцогиня Керн в отсутствии мужа могла прогнать незваного гостя прочь, но нарастающее в груди беспокойство подсказывало мне, что спрятаться от новостей, которые принес мне этот неизвестный человек, уже не получится.
— Проси его.
Бруно не двинулся с места и ничего не сказал. Мы вместе в молчании смотрели на то, как высокий мужчина в черном плаще входит в ворота и с достоинством идет через двор.
По мере его приближения я смогла рассмотреть и красивую осанку, и аккуратную бородку, украшающую его лицо. Походка и манера держаться выдавали в нем представителя знати, и тем удивительнее было, что этот человек захотел говорить именно со мной, а не спросил герцога.
Я не отводила взгляда, ожидая, пока он приблизится, и не могла видеть Бруно, но кожей ощущала, как воздух вокруг нас сгущается и начинает сильнее пахнуть грозой.
Схожим образом пахло от Удо, когда он пускал в ход свои чары.
Обдумать как следует это открытие я не успела, потому что гость наконец подошел к нам и отвесил мне глубокий и очень учтивый поклон.
— Кто вы и зачем хотели меня видеть? — я обратилась к нему резче, чем приличествовало мое положение, но нетерпение было слишком велико.
— Мое имя Вильгельм Монтейн, госпожа, но оно едва ли вам о чем-то скажет, — словно не заметив моего волнения, он стоял прямо и смотрел на меня со спокойным интересом.
Это позволяло и мне рассмотреть его лучше, и спустя минуту я с отстраненным удивлением отметила, какие у него невыносимо усталые глаза.
— У вас есть дело ко мне, господин Монтейн? Или вы предпочтете дождаться герцога?
— У меня дело к вам. Не скрою, оно доставляет мне удовольствие.
Качнув головой, Вильгельм опустил руку в карман, и я отметила, что вместе с этим движением Бруно приподнял руку тоже, как будто намеревался оттолкнуть меня при необходимости.
— Я рад сообщить вам, герцогиня, что вы вдова.
Вильгельм снова выпрямился, и мы с ним успели встретиться взглядами перед тем, как что-то тяжелое и блестящее с глухим звоном полетело на землю.
Герцогская цепь Удо Керна лежала в пыли у моих ног, а я продолжала неотрывно смотреть на человека, который ее принес.