«Не спеши!» — сообщение от баскетболистки пришло буквально через доли секунды. — «Блин, не успела».

«А чё? Какой с неё прок? Какое из-под козла молоко?» — Айя на всякий случай поспешно опустила руку.

«Надо сделать так, чтобы они обе назначили нужного нам человека. Как хотел Лысый, но вместо него — меня. С Миру как-нибудь сладим — в конце концов, она должна Рыжему. А вот хань нужно уговаривать, причём словами, а не вручную». — Эрнандес красноречиво поглядела на подругу в реале.

Та с размаху хлопнула себя ладонью по лбу:

«Дура. Я. Да! Но Виктора вдвоём с Миру отпускать нельзя! Нам чё, разорваться?». Она добавила смайлик задумчивой кошки.

«Не надо никому разрываться».

Затем Ана повернулась к китаянке:

— У меня лично есть к тебе вопрос, возможно, переходящий в предложение. Подождёшь пару минут? Нам нужно закончить между собой сперва.

— Окей, — Сяовэнь неуверенно кивнула.

Не особо густая толпа перед школьными воротами начала постепенно рассасываться.

Южане вовсю болтали по-своему, на четвереньках хлопотали вокруг двоих упавших соотечественников и вызывали врачей сразу и из школьного медпункта, и по страховке Рашида.

— Виктор! — Миру понизила тон до едва уловимого шопота. — Ты и этому вышиб глаз! Я не могу и не буду просить за тебя в этом случае! Пожалуйста, набери маму сам!

— Вначале отойдём поговорим, — заторопилась решительная Мартинес, толкая японку в спину и направляя вперёд.

За другую руку младшую Хамасаки тащила Эрнандес.

Отойдя шагов на пятьдесят и зайдя за кустарник, Айя напрямую сказала азиатке, указывая на Седькова:

— Тебе на него плевать, ты к нему относишься, как к инструменту. За нашей спиной с ним ни о чем говорить не будешь — только в нашем присутствии.

— Вы не сильно много на себя берёте? — Миру, не меняя выражения лица, чуть подняла подбородок.

— А я тебя не спрашиваю — сообщаю. Ты кто? КТО ТЫ НАМ ТРОИМ?

— Если говорить о формальной стороне, на текущий момент — его сводная сестра. Время идёт, глазу Лысого лучше не становится, — напомнила Хамасаки. — Я не стала быковать при всех, но дайте нам поговорить, чёрт побери! Без вас!

Латиноамериканки сверлили её взглядом и не двигались с места.

— Так, дамы. — Седьков вклинился между ними и поднял руки, привлекая к себе внимание. — Ана, Айя. Не парьтесь.

Баскетболистка придержала подругу за руку не в первый за сегодня раз:

— Виктор, мы примем любое твоё решение, но опасаемся, м-м-м… Просто опасаемся!

— Чего⁈ — Седьков скептически поднял брови.

— Что ты можешь сделать какую-нибудь глупость под влиянием нерационального порыва. При общении со своей так называемой сводной сестрой, — откровенно закончила Айя.