— Хм. Приятно. Но у меня расчёт был чуть на другое, — я снова искренен. — Не планировал, что она вмешается. Хотя хуже, наверное, не будет… Лезть отменять такое заявление как-то рука не поднимается, — вздыхаю.

Выступать Тике наперерез действительно не стоит, если я правильно ловлю момент.

По правде сказать, мои нынешние действия — чистейшей воды экспромт. Такое бывает и в ринге: руки-ноги словно ватные, противника не чувствуешь, дистанция то и дело рвётся то в одну, то в другую сторону. Первый раунд, второй, третий.

А потом вдруг бац — и поймал волну. Соперник резко сдыхает и мозгами, и физически; начинается самое приятное — игра в одну калитку.

Всё бы ничего, но Тика Хамасаки сейчас исполняет роль судьи в ринге, как если бы тот вдруг невесть откуда вооружился трёхметровым стальным прутом и принялся размахивать им над головами соревнующихся спортсменов с намерением поддержать одного из них.

В суд она поехала на машине старшей Хамасаки, чётко проговорив свои намерения и не оставляя той ни малейшего шанса отказаться. Справедливости ради, японка и не сопротивлялась.

На первом этаже их уже ожидала Эрнандес, рядом с которой застенчиво переминался с ноги на ногу знакомый лицом паренёк из известного участка, в реале имевшей чин старшего детектива. Айя не сразу вспомнила его имя (Эрнесто!), но подруга написала, что этот легавый — свой и правильный.

Вдруг понадобится что-нибудь кулуарно разводить «под ковром»? Эрни обязан родне и, если будет возможность (и необходимость), найдет нужные концы по минимальной цене с максимальной скоростью, прямо из здания суда.

Цифра, которую предстояло заплатить за услугу, была ими решительно проигнорирована.

Какое-то время пообщавшись в закрытом чате, они обе пришли к выводу, что, к сожалению, этот выстрел скорее всего окажется холостым — не тот вопрос.

— Но ладно. Не на этом же экономить… Чё-то не нравится мне их скорость. — Ана толкнула её направо сразу за дверями в зале заседаний. — Падай в последнем ряду, вперёд лезть не будем.

Детектив Эрнесто, не оглядываясь на них, прошёл и сел ближе к судейскому помосту.

Судья, немолодой японец, как по заказу появился из-за своей двери одновременно с моментом, когда ввели Рыжего. Что интересно, под руки одноклассника никто не держал и со стороны вообще всё выглядело так, как будто Седьков топал на вечеринку.

— Ты о том, что за четверть часа уже и начало объявили? — хмурый вопрос Мартинес совпал по времени с ударом судейского молоточка об тарелку, будь они все трое неладны.

По их национальному опыту, подобная скорость рассмотрения дела ни о чём хорошем говорить не могла.