— Придут, — отвечает Остромир. — Или мы вырежем всю деревню.

— Как пить дать сбегут, бросят тут свои пожитки и в лес, хвосты поджавши. Ставлю две гривны рублёных, что струсят.

— Не струсят. По крайней мере не тот сосунок. Знаю я их брата: считают себя сильнее и умнее других, а как кишки выпустишь, так глаза пучат. Понять не могут как такое произошло.

— Это ж деревенщины, — не унимается Плешак. — Такие могут только свиньям хвосты крутить, да бабам под юбки заглядывать. А как пиздюлей почуют, так обсираются. Вот увидишь, до вечера тут просидим — не покажутся. Уже к Перепутью бегут, небось.

— Покажутся.

— А если нет?

— Тогда каждого найдём и повесим. Всё равно не уйдут.

Насчёт успеха Остромир нисколько не сомневался. В этой деревне вряд ли найдётся приличное оружие, и уж тем более человек, который им владеет. К тому же среди крестьян обычно мало людей, обладающих силой на опасном уровне. Пара-тройка жёлтых, может один зелёный, да и тот скорее всего бесполезный. Всё. Сам Остромир синий, к тому же имеет настоящую боевую силу, и может любого обычного человека умерщвить за несколько мгновений. Укажет пальцем, и молния испепелит ублюдка.

Так что успех гарантирован.

Происходящее — лишь вопрос времени.

Сейчас выйдут эти три слюнтяя, расстанутся с жизнями, а он вернётся в Новгород и продолжит заниматься нормальной работой: искать врагов Юрия Михайловича. Всех тех, кто хотел бы скинуть с трона Великого Князя.

— Да не придут они, — Плешак высмаркивается на землю. — Я бы не пришёл.

— Посмотрим.

— Зря только сидим. Я бы уже прямо сейчас начал эту деревню жечь.

— А оброк князю кто платить будет? — злобно шипит Остромир. — Ты?

Плешак что-то неразборчиво бормочет.

— Эти люди — скот. Вот, кто они. Скот нужно доить, а не уничтожать.

Остромиру никогда не нравились эти ублюдки из чёрного отряда. Благодаря силе Юрий Михайлович может подчинять людей. Но не напрямую: они по-прежнему могут делать что хотят, но если поступят против слова хозяина — умрут. Поэтому в свой отряд он набирает только самых павших, беспринципных, тупых, злобных и кровожадных. Тех, кто не упрётся рогом.

Не чета ему. Остромир если и убивает людей, то не из ненависти, а потому, что таков порядок. Окружающие — мясники, а он — мастер с отточенными навыками.

— Идут! — кричит кто-то.

— Хера себе! — восклицает Плешак.

И правда.

Вдалеке, на самом краю деревни появляется человек. Одинокий, но горделивый, с высоко поднятой головой. Тот самый наглец, что посмел соврать ему вчера вечером. Медленно бредёт по главной дороге, разведя руки в стороны, словно молится небу.