— Слишком поздно.

— Ещё нет…

Пытаюсь пройти, но у этого гиганта рука — что ветка дуба. Твёрдая и неподвижная. Он не даёт мне ступить и шага.

— Мы сейчас не вооружены, не подготовлены. Нельзя драться.

— И что?

— Через плечо! — рявкает Волибор. — Я знаю Ратмира намного дольше, чем тебя и всё Вещее. Но я стою — и ты стой. Не время.

Я всё-таки обхожу нашего сельского великана и двигаюсь к месту казни.

— Я, Остромир, говорю от имени Великого Князя Юрия Михайловича…

Пробираюсь сквозь людей к происходящему безобразию.

— … как его вирник и член общественного суда, я приговариваю этого человека…

— Тимофей, я с тобой, — произносит Веда. — Что бы ты ни решил, я с тобой.

— Я знаю. Спасибо тебе.

Хоть кто-то меня поддержит в любой ситуации. Если уж Волибор не хочет встревать, то хотя бы девушка-дух поможет.

— … к смерти за неимением твёрдых доказательств невиновности.

К тому моменту, когда я оказываюсь в первых рядах людей, княжий щегол достаёт из коротких ножен на поясе длинный кинжал с рукоятью, украшенной цветными камнями. Приставляет его к горлу Ратмира и режет. Обильный поток крови обрушивается на грудь мужчины, а сам он, без какого-либо вскрика или лишнего движения, оседает вниз.

Я же просто останавливаюсь, как вкопанный. Не могу поверить в происходящее: этот ублюдок пришёл к нам в село, убил нашего человека, и ещё ведёт себя как ни в чём ни бывало. Неважно, что он действует от лица князя, неважно, какие у него там полномочия. Никто не смеет приходить к нам и лишать жизни одного из жителей. Никто!

Как же, сука, трясёт!

Несколько красных духов ярости появляется возле меня. Рядом с серыми духами страха окружающих крестьян.

Но нужно держать себя в узде: время расплаты придёт чуть позже. Волибор оказался прав: сейчас слишком поздно.

У нас был бы шанс спасти Ратмира, если бы мы заранее договорились, что делать. Если бы у нас было достаточно времени хорошенько подумать.

Но теперь уже поздно.

Столько лет Ратмир проводил собрания, собирал остатки сотни чтобы обсудить, как сильно они ненавидят нашего князя. А в итоге люди безумца лишили жизни его самого. Чувствую, как ярость вскипает в груди. Жгучая, выедающая до самого основания.

— Этой смертью вы свободу не получили! — кричит убийца. — Мы уйдём как только здесь, на этом месте, предстанут убийцы господина.

Значит, одной смерти им недостаточно. Им нужен я, Никодим, Светозара, Волибор. И папаня с мелкими девочками, возможно. Только тогда они успокоятся и покинут Вещее. Если же мы не явимся, они будут творить разруху — убивать, жечь, грабить, насиловать.