Только ощущения странные появились. Будто бы кто-то постоянно на меня смотрит, будто я больше не один путешествую, а в компании с кем-то. Но это духи земли, наверное: они известные пакостники.
До появления крепости Стародум из земли осталось 45 дней.
Воевода закрыл глаза.
Он был уверен, что больше никогда их не откроет.
До Вещего далеко, но если идти быстро и без перерывов, то к вечеру успею.
Вот и иду.
И разумеется, просто так путь пройти не мог. Не в то время и не в тех краях живём, чтобы путешествовать по лесной дороге без приключений. Не умертвие, так леший обязательно из чащи вылезут.
В этот раз, правда, опасность пришла не со стороны чудищ неведанных: позади послышался топот бегущих ног, и на тропе между деревьев показались два силуэта. Чёрные одежды, чёрные маски. Сразу видно, совсем не дружелюбно настроены.
Люди из княжеской дружины. Говорят, это как стража, но не стража. Целая армия палачей.
Отхожу в сторону, уступая им дорогу, но они останавливаются возле меня.
— Как звать? — спрашивает один, повыше.
Смотрю, а у них не глаза — пузыри кровавые. Там, где должны быть белки, только бурые пятна с крохотными точками зрачков. Теперь понятно, почему они лица скрывают — страшилища ещё те.
— Как звать? — громче повторяет другой.
«Солги! — звучит голос в голове. — Не называй им своё настоящее имя».
От удивления я даже дёрнулся, что очень напрягло людей в чёрных одеждах. Никогда прежде не слышал голосов в голове и не думал, что такое случится со мной. Значит всё, скоро буду голый испражняться посреди деревни, как это случилось со старым Лесьяром. Тот тоже поначалу с воздухом разговаривал.
Впрочем, называть своё настоящее имя я не собирался: не те люди передо мной, с кем хотелось бы присесть и молока с хлебом выпить.
— Никанор, — говорю.
— Что в мешке?
— Да так, ничего особенного.
— Выворачивай.
Повелительный тон мне не понравился.
— Мне могут приказывать всего несколько человек и вы — не из их числа. Так что если под масками не прячутся лица моего папани и нашего попа, что вряд ли, поскольку они покрасивее будут, то можете смело проходить мимо. Ничего я показывать не буду.
— Мешок выворачивай, живо! — рявкает высокий.
— Ещё чего! Разбежались.
Черномасочные переглянулись, словно впервые встретили человека, который им возражает. Это городских они могут напугать своими рожами, а у нас в лесу такие вещи происходят, что на уродов никто и внимания не обратит.
— Послушай, Никанор, — произносит высокий. — Ты нам очень не нравишься.
— Оно и понятно, — говорю. — Я всем не нравлюсь.
— Открывай мешок или это сделаем мы. На твоём трупе.