— Как ты это сделал? — спрашивает Волибор. — Как ты разрубил тварь на две части? У тебя же с собой одна палица была.

— Волшебный клинок, — отвечает за меня Светозара. — Духовный.

— И где ты успел его надыбать?

— Это не я его надыбал, а он меня, — говорю. — В городе мимо девушки прошёл, она в оружие обратилась и за мной увязалась.

— Правда? — в задумчивости спрашивает Волибор.

Создаю в руке короткий красный клинок с рогами на рукояти и протягиваю Волибору. Он берёт его очень бережно, будто точно знает, насколько он острый. Будто уже сталкивался с таким оружием прежде.

Пока что я представляю Веду как меч, но если девушка захочет, то появится перед друзьями в своём «живом» облике.

— Видел такие? — спрашиваю.

— Доводилось. Такие есть только у князей и некоторых воевод — они очень редкие. Где ты его нашёл?

— В городе, говорю же.

— А, ну да.

Передаёт клинок Никодиму. Парень восторженно его рассматривает со всех сторон, как клинок вдруг исчезает, растворяется в воздухе прямо у него в руках.

— Что это было? — спрашиваю.

— Я решил посмотреть, что находится у него внутри. Использовал свою силу.

— Понятно, — шепчет Светозара. — Решил духу под одежду заглянуть.

— Нет! — мотает головой Никодим.

Между нами появляется Веда в образе маленькой краснокожей девушки-духа. Она злобно смотрит на Никодима, будто парень нанёс ей самое серьёзное из оскорблений.

— Ещё раз ты вот так посмотришь на меня… срежу с тебя одежду прямо посреди села. Пойдёшь голым домой.

— Да я не собирался…

— И часто ты таким занимаешься? — спрашивает Светозара. — Часто девок сельских раздеваешь? Они ходят вокруг тебя, и даже не догадываются, что ты им сквозь рубахи смотришь. Прелести разглядываешь.

— Я ни разу за всю жизнь не посмотрел на человека под одеждой! — заявляет Никодим. — Ни разу, хотя мог. Я использую её только на неживых предметах. Дерево там, камень…

Всю оставшуюся ночь Светозара подтрунивает над Никодимом. Парень же злится от того, что его принимают за какого-то рукоблуда. Заявляет, что порядочность — его добродетель. Но я-то знаю, что на девок он всё-таки иногда зыркает. Когда у тебя такая сила — соблазн слишком велик.

Только Волибор неожиданно задумчив. Молчит и в темноту смотрит.

Когда Тимофей с Никодимом и Светозарой заснули, Веда появляется перед Волибором.

— Я тебя знаю, — произносит девушка.

— И я тебя знаю, — усмехается здоровяк.

— Откуда? Мы где-то встречались?

— Ещё как… почти каждый день виделись. Это было ещё в Стародуме, ты была оружием Акамиры, жены Горислава.

Глаза девушки-духа раскрываются в озарении.

— Точно, Стародум… теперь я вспомнила. Горислав, Акамира… Я была оружием княжны, пока её не убили. Хорошая была женщина, не пощадили её, хотя беременная была вторым ребёнком.