— Борис Богданович, я пойму, если вы вернётесь к себе после такого.
— О чём ты говоришь? — спрашивает Черногор. — Мы пришли вам на помощь в Новгородское княжество не для того, чтобы убегать, поджав хвосты, после первой же взбучки. Да, больно, но работа есть работа. Её нужно продолжать делать не смотря ни на что.
Нас стало меньше, но не смотря на это мы продолжаем донимать кочевников. Даже после стольких смертей в наших рядах.
Минуют долгие две недели с нашего большого поражения. Всё это время кочевники каждый день штурмуют Новгород, но столица продолжает стоять. На пятнадцатый день они поднимаются, но вместо осады, сворачивают свой лагерь.
— Смотрите, они уходят! — кричит кто-то.
— Что? Уже? — удивлённо спрашивает Черногор.
Оказалось, что кочевники передумали атаковать Новгород точно так же, как они сделали это со Стародумом. Вся армия, состоящая из ста пятидесяти тысяч человек, собирает свои вещи, выстраивается для походного марша и выступает на восток.
— Ничего не понимаю, — говорю. — Что происходит?
— Всё очень просто, — произносит Волибор. — У них закончились припасы. Они съели всё награбленное, остались только лошади, которых тоже надолго не хватит. Они уходят домой. Туда, откуда пришли.
— Так это что? Победа?
— Нет. Их пришло на Русь двести тысяч, а уходят сто девяносто пять. Они потеряли даже меньше людей, чем мы. Они разорили половину городов, почти все деревни, прошлись по всем княжествам. Мы их не победили, а просто прогнали.
— Как я и говорил, — добавляет Егерь. — У них нет еды, у них не хватает юрт, у них мало инструмента, чтобы рубить деревья, мало лошадей, чтобы таскать стволы. Они возвращаются домой, поскольку оставаться больше не могут. Это была большая ошибка — прийти осенью. Заявись они к началу весны — нам бы досталось ещё больше.
Армия кочевников сходит с места и медленно выдвигается на восток. Это кажется таким странным, таким не правильным: они победили нас в каждой битве, в каждой стычке, но проиграли самим себе. В итоге они просто уходят: так же, как и пришли. В то время как мы ещё долго не сможем оправиться от подобного удара: Вещее сожжено нашими же руками. Мелкие деревушки перестали существовать. Новгород в руинах, хоть и устоял.
Они уходят.
Может быть, через несколько лет они соберутся в новый кулак, но сейчас они оставляют нас в покое.
Кочевники идут мимо Стародума.
Они покидают Новгородское княжество, а наша армия следует за ними на отдалении. Все наши группы, прятавшиеся в лесах, присоединяются к нам. К тому моменту, когда мы доходим до Владимира, где обороняется людоед, нас становится больше двенадцати тысяч. Всё это время мы идём без каких-либо столкновений.