Вместо вездесущего шестирукого, покрытого мехом торговца за стойкой скучает женщина-пришелец[1]. Её кожа носит тускло-серый оттенок, отливающий багрянцем возле ушей, висков и линии волос. Если их вообще можно так назвать. Извивающиеся, словно живые, платиновые нити постоянно шевелятся. От кожного покрова к макушке уходят изгибающиеся не то перья, не то отростки плоти. Глаза серебристые в окружении чёрных племенных татуировок. Всё вместе — странное, завораживающее зрелище.

Завидев меня, незнакомка оживляется. Плавным движением поднимается со стула и улыбается, насколько я могу судить по выражению её лица.

— Приветствую вас, уважаемый клиент, — мелодично произносит она. — Добро пожаловать в Магазин Сопряжения. Меня зовут Нейа́ра. Чем могу быть полезна?

От её голоса по рукам пробегают мурашки. В нём одновременно слышатся и безмятежность, и затаённая печаль, и какая-то неуловимая угроза. Встряхнувшись, шагаю к прилавку.

— И тебе не хворать, — хмыкаю я. — Меня зовут Егерь. А где Такирам? Непривычно видеть здесь кого-то другого.

Нейара склоняет голову набок, рассматривая меня с вежливым любопытством.

— Ах, вы, должно быть, только прибыли из другого мира, да? Видите ли, за каждой планетой, включённой в Сопряжение, закреплён свой продавец. Такирам отвечает за иной мир, а я — за Нексус. К сожалению, не имею понятия, где сейчас ваш знакомый.

Хмурюсь, переваривая информацию. Раньше мне казалось, что Магазин един для всех миров, но, похоже, всё сложнее. Хотя… однажды при мне он ведь играл в шахматы с представителем иного Магазина? Выходит, не соврал.

«Закреплён»? Это не похоже на обычную работу.

Возможно, плоды Эмпатической проницательности , считывающей её эмоции, возможно, постарались Струны сердца , благодаря которым чётко улавливаю, что больше всего на свете она мечтает о свободе, но я решаю спросить:

— То есть вы все заперты здесь? По одному на каждый мир? И не можете уйти?

Нейара печально улыбается и разводит руками:

— Похоже, вы лишь недавно попали в Содружество… Понимаю, во время Первого и Второго Этапа большой объём информации запрещён к разглашению.

Она хмурится и продолжает:

— К сожалению, вы правы. Мы — узники Сопряжения, несущие наказание за свои прегрешения. Каждый из нас совершил нечто, чем прогневал систему. И теперь мы обречены искупать вину, обслуживая одну из планет Сопряжения, пока оно не сочтёт наш долг оплаченным.

От её слов веет такой безысходностью, что у меня невольно губы сжимаются в нитку. Даже страшно представить, что такого могла совершить эта девушка, чтобы угодить в экстрапланарную тюрьму, вернее, в рабство…