Использую Эмпатическую проницательность и Струны сердца , пытаясь прощупать эмоциональный фон незнакомца. Узнать, что таится за этой маской безразличия. Острая боль сразу же пронзает голову насквозь. Моя попытка проникнуть в его разум разбивается о несокрушимый барьер. Ясно одно — загадочный Гексарх не терпит непрошеных гостей в своих мыслях.
— Эстелин, — приветственно киваю единственному знакомому.
— Егерь, — так же сухо отзывается он.
— Какого⁈.. — гаркает Орд, едва меня завидев, аж со стула привстал. — Эсти, ты совсем охренел — всякую шваль пускать на наши сходки⁈
— Какой сюрприз! — театрально воздевает руки Фираз, сверкнув белозубой улыбкой. — Наш будущий чемпион собственной персоной.
— Это Егерь — тот самый Нова, который поможет нам всем заработать неприлично много арканы, — невозмутимо представляет меня Эстелин.
Орд лишь хмыкает и бурчит так, будто сходит лавина:
— Всего лишь самоуверенный говнюк, который унизил наших бойцов. Его по-хорошему стоило бы поставить на место, но ты, ледышка, обожаешь сложные комбинации даже там, где они напрочь не сдались.
Фираз смеётся, сложив руки на колене. Имера негромко вздыхает.
Игнорируя дешёвую подначку, покачиваюсь на пятках и оглядываю Гексархов.
— Я смотрю, все в сборе. Ну что ж, тем лучше.
— Полагаю, — сухо осведомляется Имера, — это не визит вежливости. Что ты хотел?
— Просто вернуть одному из вас забытое имущество.
Выудив из кольца окровавленную голову Хастора, небрежно швыряю её на стол. Обрубок с шумом катится, оставляя изумрудный след на древесине. Напоследок покачнувшись, замирает аккурат перед ошарашенной мордой великана, пялясь мёртвыми глазами в потолок.
Повисает гробовая тишина.
Глядя в поросячьи глазки Метеора, поясняю с самой дружелюбной улыбкой:
— Орд, дружище, если уж посылаешь кого-то по мою душу, убедись, что у него хватит силёнок выполнить работу. Запомни раз и навсегда: пытаться убить меня — ошибка. Не довести дело до конца — фатальная ошибка.
[1]. Художник — Anastasia Bulgakova.
[2]. Художник — Veronika Kozlova.
[3]. Художник — leonardo.osnova.
В зале повисает звенящая тишина. Все взгляды обращаются на меня: удивлённые, весёлые и откровенно злые. Н-да, похоже, не все здесь в курсе произошедшего. Ну что ж, сейчас исправим.
Орд дёргается, будто от удара. В его глазах мешаются ярость и… Нет, не стыд. Ему плевать, что правда выплыла наружу. Лишь досадно, что провал наёмника усложнит ситуацию.
Вовне он, впрочем, проецирует иную реакцию:
— Ты на что намекаешь, сопляк⁈ При чём тут мы вообще? Держишь нас за идиотов? — сипит громила, медленно наливаясь чёрной краской.