Всё ещё плохо соображая от боли и слабости, я не сразу понимаю, что происходит. А когда осознаю, становится слишком поздно. Псионика убийцы уже запустила свои щупальца в мой разум, оплетая сознание липкой паутиной лжи.

— Всё в порядке, приятель, — проникновенно шепчет незнакомец, сверля меня гипнотическим взглядом. — Ты всё не так понял. Я на твоей стороне. Не стоит драться со своим лучшим другом.

Голос журчит, струится, просачивается в каждую клеточку моего мозга. Такой убедительный, такой искренний. Разве можно ему не верить? Я чувствую, как истончается моя воля, как слабеет контроль над собственным разумом. Это даже не больно. Просто сладкая патока, заливающая сознание тягучим наваждением. Я почти готов поддаться, опустить руки, смирившись.

— Ну же… Не упорствуй. Зачем всё это? — настойчиво цедит зеленокожий упырь, подступая ко мне.

На самых задворках разума, вспыхивает крохотная искра. Ментальный заслон — последний оплот, последняя линия обороны моего измученного рассудка.

— Возьми револьвер, — шелестит вкрадчивый голос, заполняя каждый закоулок разума. — Направь его на себя. Давай же, ты хочешь этого. Ты жаждешь покоя, избавления от боли. Смерть — это милосердие. Ты его заслужил…

Мысли отравлены ядом повиновения. Рука дёргается, против воли тянется к бедру, где в кобуре притаился Бутон. Пальцы подрагивают, будто кто-то невидимый взялся за запястье, подталкивая, направляя. Из груди рвётся сдавленный хрип, пот заливает глаза.

— Ну же, будь хорошим мальчиком, — мурлычет болтливая мразь, впиваясь взглядом в моё перекошенное лицо. В жёлтых глазах пляшут отблески безумного веселья. — Сделай это. Избавь себя от страданий. Один короткий миг, и всё закончится…

Обрывки чужих вязких, липких мыслей закрадываются в сознание, просачиваются сквозь трещины Ментального заслона. Шепчут внутри меня, но не моим голосом:

«А ведь и правда — разве не проще покончить со всем разом? Сейчас я всё равно ничего не могу — слишком слаб, слишком измотан. Так не лучше ли встретить смерть на своих условиях?..»

Пальцы смыкаются на рукояти револьвера. Ладонь скользит по металлу, лаская, точно любимую женщину. Оружие будто само прыгает в руку, ложась как влитое.

Ментальный заслон придаёт мне сил, дарит подобие ясности, пусть и всего на пару мгновений. Увы, его крепости не хватает, чтобы противостоять всей мощи чужого давления. Медленно, очень медленно Бутон поднимается всё выше и выше.

Холодный ствол упирается в висок, посылая по коже волну мурашек.

«Так просто. Так легко. Всего лишь нажать на спусковой крючок… И боль уйдёт…»