Так что разбираться с тварью пришлось мне и Мари. Та изобразила огненный хлыст, как когда-то в пещере на перевале Семи Мертвецов, но чешуя «крокодила» оказалась на удивление крепкой. Я же, чествующими после предыдущего файербола лёгкое утомление, всё же не поленился соорудить новый. На кону как-никак стояли наши жизни, выбирать не приходилось, а горящую сферу у меня получалось творить достаточно споро.

С обугленной по краям дырой в голове выжить практически невозможно. Вот и «крокодил» не выжил, засучил лапками, заскрёб когтями по покрытому высохшими нечистотами полу. Убедившись, что больше нам никто и ничто не угрожает, мы с Мариэль занялись гномом. Пришлось смазывать его грудь мазью из запасов эльфийки, а затем накладывать фиксирующую повязку, использовав на это мою уже не совсем свежую рубаху. Два сломанных ребра — вещь неприятная, но Грили заявил, что вполне сможет идти сам, и для нас с Мари это стало хорошей новостью. Грили хоть и невысок ростом, но зато себя шире, и тащить на себе этого кабана, ещё и не имея под рукой носилок — занятие малоприятное.

К счастью, оставшуюся часть пути к выходу из канализационного коллектора мы проделали без приключений. Выбрались мы на окраине города, у реки, в которую стекали нечистоты. Сейчас стекать было нечему, и вода была такой чистой, что в нескольких метрах от берега можно было увидеть дно, у которого носилась стайка небольших рыбок. Здесь, в зарослях рогоза, мы сделали небольшой привал, во время которого я то и дело поглядывал в небо — не появится ли на горизонте чернокрылая ангелица? Судя по солнцу, которое едва пробивалось сквозь всё такие же тяжёлые облака, полдень уже миновал.

— Может, переждём день здесь, а по темноте двинемся? — предложила эльфийка. — Да и Грили не мешало бы немного отлежаться.

— Ну разве что, — покосился я на лежавшего с закрытыми глазами гнома.

Время до заката тянулось невыносимо медленно. Не зная, чем себя занять, я принялся бродить вдоль речушки, обнаружил небольшой, уютный песчаный пляж, не выдержал, разделся и нырнул в воду. Плескался я с огромным удовольствием, на время даже забыв о всех невзгодах, включая преследовавшую меня ангелицу. Под конец купания натаскал со дна с десяток крупных мидий, а из-под коряг выловил десятка полтора раков. Вернулся к своим посвежевшим и с добычей, а тут ещё Мариэль с помощью заклинания Натаниэля Тихого приманила рыбёшку, и через час над маленьким, бездымным костерком на прутьях уже жарились куски рыбы — эдакое ассорти из крупных особей форели, судака и даже сома, из которого мы вырезали самые вкусные части. Мидии и раки тоже пошли в дело, так что обед, плавно переходящий в ужин, получился просто царским.