Поэтому уже через минут пятнадцать, сидели мы с Яшей в каморке милиционера на вокзале и давали показания.

Милиционер, средних лет мужчина с уставшим от такой жизни и обильных возлияний лицом, был крайне недоволен, что его разбудили среди ночи, поэтому наше появление в каморке встретил крайне нелюбезно.

Выяснив имя–фамилию и остальные данные, он приступил к допросу. Начал, естественно, с меня:

— Гражданка Горелова, что вы делали в три часа ночи на охраняемом объекте?

— Гуляла, — твердо ответила я.

— Гуляла между товарными составами? На запасных железнодорожных путях? — язвительно повторил милиционер, записывая в протокол.

— Именно так, — спокойно ответила я.

— А гражданин Яшечкин что там делал? — задал вопрос милиционер.

— Полагаю, что тоже гулял, — ответила я.

— Больше вам гулять было негде? — усомнился милиционер и тут же зло накинулся на меня, — ты мне тут зубы не заговаривай! Гуляла она!

Он хлопнул ладонью по столу с такой злобой, что я чуть не подпрыгнула. Но внешне ни один мускул не дрогнул на моём лице.

— Товарищ милиционер, — повторила я ровным тоном, — я же вам сказала, что я там гуляла. И товарищ Яшечкин тоже гулял. Со мной гулял. Свидание у нас было, понимаете?

— Между железнодорожными составами? — опять насмешливо скривился милиционер. — Свидание было, да?

— Совершенно верно, — кивнула я, — свидание. Понимаете, товарищ, мы встречаемся довольно давно и отношения уже стали охлаждаться, поэтому мы любим взбодрить эмоции. И периодически гуляем то между составами, то на мосту, то по лесной дороге. Недавно гуляли ночью по кладбищу. Это так стимулирует, поверьте.

Милиционер сперва заинтересовался, немного подумал, а потом посмотрел на меня как на дурочку.

— Что у вас с головой? — наконец, спросил он, опять вернувшись к протоколу.

— Ударилась, — ответила я честно (ну, почти честно).

— А с коленями?

— С одним коленом, — поправила его я.

— Что с одним коленом?

— Да нормально всё — стояла на колене, замуж просилась, — скорбно вздохнула я. — кто ж знал, что свидание в участке закончится… уже почти уговорила его…

— Гражданка, вы в своём уме? — рявкнул милиционер.

— Я просто замуж очень сильно хочу, — «призналась» я с грустью, — и я фату с собой во все дальние поездки беру, всяко, знаете ли может случится…

В общем, в результате милиционер решил, что я слегка «с приветом», а так как мы ничего не нарушили, то ограничился устным предупреждением и десятиминутной нотацией.

— Артистка, — сказал Яша, когда мы вышли из отделения.

На улице светало, выпала роса и мои тапочки совсем промокли. Мимо протарахтел грузовик, обдав нас выхлопами.