Джемма и Эбисс теперь ехали на одном коне. Принц сам бережно пересадил её к себе в седло, чтобы принцесса могла полностью расслабиться и не тратить силы на управление поводьями. Эбисс крепко держал поводья, надёжно и нежно обнимая Джемму сзади своей сильной рукой, а левый ветерок ласково шевелил его тёмные волосы.

— Бисс… — тихо позвала Джемма, переводя на него сонный взгляд. — Знаешь, я так признательна тебе за этот день. Но, честно говоря, я немного за сегодня устала… Все эти примерки, прогулки по рынку, шумная толпа. С непривычки после ранения всё тело ломит.

Эбисс тепло улыбнулся. В его карих глазах отражался мягкий свет луны, и в них не осталось и следа той дерзости, с которой он общался с ней в бутике.

— Облокотись на меня, дорогая, — негромко сказал принц, прижимая её к своей широкой, защищённой доспехом груди. — Не стесняйся. Тебе нужно расслабиться и отдохнуть.

Джемма не стала упрямиться. Она мягко подалась назад, полностью доверчиво облокотившись о его надёжную грудь, чувствуя, как уходит всё дневное напряжение. Она прикрыла глаза, блаженно вздохнула и прошептала:

— Ну раз так… тогда веди нас домой, мой принц. Я полностью тебе доверяю.

Чуть позади них, точно так же разделив одно седло на двоих, ехали Ингрид и Вольга. Ингрид устроилась впереди, а Вольга, бережно обхватив руками её талию, правил лошадью. Парень то и дело смущённо улыбался, чувствуя близость своей Владычицы и вспоминая, как она выбрала именно предложенный им фасон платья. Ингрид же ехала с гордым видом, но её выдавал тёплый взгляд, который она то и дело бросала на его руки.

А вот в самом хвосте отряда тишину то и дело нарушали колкие замечания старшего поколения. Дмитрий Танин хмуро посмотрел на воркующие впереди парочки, поправил седло под своей массивной фигурой и громко проворчал:

— Ишь, устроили тут романтику на большой дороге! По парам расселись, коней экономят, видишь ли… Совсем молодёжь дисциплину потеряла.

Серый, ехавший рядом, весело хмыкнул и шутливо толкнул Великого Льва в плечо:

— Да ладно тебе ворчать, Дима! Дело-то молодое, пускай милуются. Ты лучше вспомни, как сам на девиц в молодости заглядывался.

Радан, ехавший чуть сбоку, громко рассмеялся, подливая масла в огонь:

— Да крёстный просто завидует, Серый! Сам же за столом говорил, что надо бы ему девицу на коронации найти, а теперь ворчит на чужое счастье!

— Цыц, шпана! — грозно басил Танин, хотя в его глазах промелькнула добрая усмешка. — Я за безопасностью слежу, пока вы тут зубы скалите!

И под эти весёлые кляузы, подколы и шутливые споры Танина, Серого и Радана, отряд наконец пересёк мост и въехал в распахнутые ворота родного замка.