Ингрид, сидевшая на подоконнике, обернулась и буквально лишилась дара речи. Её челюсть плавно поползла вниз.
Джемма выглядела невероятно. На ней было роскошное, но при этом удивительно нежное платье из тончайшего дамрийского шёлка нежно-голубого, почти лазурного цвета, который идеально подчёркивал её глаза. Корсет был мягким, не давящим на раненое плечо, и украшен искусной серебряной вышивкой в виде вьющихся цветов. Длинный, струящийся подол мягкими волнами ложился на пол, а свободные полупрозрачные рукава крепились на плечах изящными серебряными заколками, полностью скрывая повязки под тканью. Тёмные, ещё влажные волосы крупными волнами спадали на спину.
— Офигеть… — наконец выдохнула Ингрид, спрыгивая с подоконника и обходя сестру по кругу, вовсю её разглядывая.
— Джемка, ты… ты просто невероятная! Ну чистая богиня, клянусь. Я, конечно, знала, что мы близняшки и обе писаные красавицы, но в этих ваших дамрийских нарядах ты выглядишь так, будто сошла с какой-то волшебной картины. Вольга бы точно сознание потерял, будь он на моём месте!
Джемма от такой бурной похвалы густо покраснела, смущённо поправляя подол:
— Перестань, Ингрид! Обычное платье, просто чистое и без дорожной пыли. Твоё зелёное тебе идёт ничуть не меньше, ты в нём как лесная нимфа.
— Ну уж нет, куколка, — задорно усмехнулась Ингрид, хватая сестру за здоровую руку и увлекая к выходу. — Куда моему сарафану до твоего королевского шика! Пошли скорее вниз, а то наши мужчины там уже все пледы слюной залили в ожидании. Давай покажем им, какие женщины правят этим миром!
Сёстры, весело переговариваясь, вышли в коридор и направились к саду.
Глава 18
Сестры неторопливо шли по тенистой аллее, ведущей к знаменитому дамрийскому саду. Вокруг порхали бабочки, а воздух был наполнен сладким ароматом цветущих бутонов. Ингрид заворожённо оглядывалась по сторонам, впитывая буйство красок, столь непривычное для её родного выжженного Разлома.
— Что тут очень красиво, — не удержавшись, тихо произнесла Ингрид, прикасаясь кончиками пальцев к нежному лепестку раскидистого куста белых роз.
Джемма мягко улыбнулась, и в её глазах промелькнула тёплая ностальгия.
— Мама любит цветы, вот отец и посадил их, — ответила Джемма, поправляя повязку на здоровом плече. — И вот с каждым годом они все росли и росли, и вот до чего выросли.
Они дошли до самого края ухоженного сада, и перед ними открылся потрясающий вид на изящную белокаменную беседку, увитую плющом. Оказалось, что они пришли туда не первыми. Парни уже вовсю сидели внутри, расслабившись после долгой дороги, и оживлённо болтали.