Вчера в доме на лондонской Тэлгарт-роуд найден труп мужчины, предварительно идентифицированного как писатель Оуэн Куайн, 58 лет. Тело обнаружил друг семьи. Ведется следствие по делу об убийстве.
Вчера в доме на лондонской Тэлгарт-роуд найден труп мужчины, предварительно идентифицированного как писатель Оуэн Куайн, 58 лет. Тело обнаружил друг семьи. Ведется следствие по делу об убийстве.
К заметке даже не прилагалось фото Куайна в тирольском плаще; подробности зверских истязаний также отсутствовали. Но волна еще не пошла – это было только начало.
У себя в квартире под самой крышей Страйк почувствовал, что совсем выдохся. Он сел на кровать и устало потер глаза, потом рухнул на спину и остался лежать, не раздеваясь и не снимая протеза. Его угнетали мысли, которые он гнал от себя весь день… Почему он умолчал, что Страйк исчез почти две недели назад? Почему сразу не заподозрил убийство? Когда его допрашивала следователь Ролинз, ответы были у него наготове, вполне разумные, убедительные ответы, но убедить самого себя оказалось куда труднее.
Ему не требовалось повторно просматривать сделанные на телефон снимки тела. Связанный гниющий труп стоял у него перед глазами. Какой же изворотливый, злобный, извращенный ум смог реализовать уродливые литературные фантазии Куайна? Что это должен быть за человек, если он способен вспороть свою жертву ножом, облить кислотой, а потом вырезать внутренности и после этого расставить тарелки вокруг выпотрошенного тела?
Страйк не мог отделаться от гнетущего чувства вины за то, что он, опытный стервятник, не учуял кровь издали, как был обучен. Почему же он, некогда славившийся своей интуицией в отношении всего необычного, опасного, подозрительного, не осознал, что Куайн, шумливый, хвастливый позер, слишком долго отсутствовал и непривычно молчал?
«Да потому, что этот прохиндей вечно поднимал ложную тревогу… и еще потому, что я был, да весь вышел».
Он перекатился на бок, тяжело встал с кровати и направился в ванную. Из головы не шел этот труп: зияющая дыра в груди, выжженные глазницы. Пока вопли Куайна, вероятно, еще отдавались эхом под высокими сводами, убийца хлопотал вокруг этой жуткой, кровоточащей плоти, методично выравнивая ножи и вилки… вот, кстати, еще один вопрос для списка: не слышал ли кто-нибудь из соседей, что происходило в доме перед смертью Куайна?
Страйк в конце концов лег спать, накрыл глаза толстой волосатой рукой и прислушался к собственным мыслям, которые дергали его со всех сторон, как суетливые близнецы-трудоголики. У криминалистов было больше суток, чтобы высказать определенные предположения, хотя результаты лабораторных исследований еще не поступили. Надо бы позвонить Энстису, выяснить, что там слышно…