— Здравствуйте, Милена, — говорит няня тихо, поднимаясь. — Я вас пока оставлю.
Только и могу, что кивнуть.
Моё сердце колотится так громко, что его, кажется, слышно на всех этажах особняка.
Вытираю влажные ладони о джинсы и, затаив дыхание, подхожу к кроватке.
Боже. Вот она, моя девочка! Спит безмятежно под пледиком.
Розовые щеки, реснички длинные, пушистые. Крошечные пальцы сжаты в кулачки.
Смаргиваю слёзы, и они капают на футболку.
— Привет, малышка.
Так жалко будить! Но не могу удержаться, протягиваю руку, осторожно касаюсь. И дочка инстинктивно обхватывает мой палец, приводя меня в неописуемый восторг!
— Ника…
Она морщит носик, сопит и открывает глазки.
Осторожно поднимаю её, такую тёпленькую. И прижимаю к себе, стараясь всхлипывать потише.
— Ты меня, наверное, не помнишь, да? Я твоя мама.
Ника зевает, утыкается носиком мне в шею. И у меня от полноты чувств подгибаются коленки. Нужно поскорее куда-нибудь присесть!
Какое счастье, что она не испугалась и не заплакала! За те месяцы, что мы были врозь, я наверняка стала для неё совсем чужой. Придётся знакомиться заново.
Опускаюсь на диванчик у окна. Прижимаю дочь к себе крепче и надышаться ею не могу! В прямом и переносном смысле — она обалденно пахнет!
Мы пристально разглядываем друг друга. Я впитываю каждую чёрточку её лица, нахожу сходство между нами и ликую!
Сперва целую в лобик.
Ника вроде бы против нежностей не возражает.
Выждав несколько секунд, срываюсь и зацеловываю сладкие щёчки!
— Не представляю, как нужно о тебе заботиться. Но обещаю быстро всему научиться!
Так жаль, что у меня теперь нет молока! Да и вообще нет никаких видимых признаков материнства. Тощая, словно подросток, нужно скорее отъедаться.
Никуля подаёт голос, и я начинаю суетиться. Что делать? Переодевать? Кормить? Купать? Только бы не спускать её с рук больше никогда!
Раздаётся деликатный стук в дверь, и в комнату возвращается Галина Сергеевна с подносом. На нём кружка с чаем и детская бутылочка с молоком.
— Освоились? — спрашивает участливо.
— Потихоньку.
Она ставит поднос на столик и идёт к дивану. Ныряет рукой под подушку и достаёт небольшой белый конверт.
— Вам просили передать, — протягивает его мне. — Я пока принцессу переодену, а вы спокойно посмотрите.
Мешкаю пару секунд. Но потом нехотя передаю дочку няне.
В конверте оказывается фото. Оно повергает меня в ступор.
В самой фотографии ничего необычного нет.
Я стою у заснеженных ворот большого каменного особняка, держась за ручку коляски. Рядом высокий темноволосый мужчина. Смотрит на меня с высоты своего двухметрового роста с неприкрытым восторгом, будто я ему в этот момент сообщаю какую-то хорошую новость. Всего на секунду мне показалось, что это Олег, так они похожи. Но это не он.