— Немного необычно, ну что ж… Благодарю.

— Я был уверен, что вы оцените. А что до необычности… Знали бы вы, дорогой Степан Григорьевич, что говорят другим губернаторам! Но нет, лучше бы и не знать!

— А как ваше дело? — спросил всё так же вежливо Слюнько. — Напали на след потрясателей основ, новых народовольцев?

— Можно сказать, след сам напал на нас. Напал, оглушил и прыгнул в кусты.

— Это нехорошо.

— Чего уж хорошего. Но мы-то за ним в кусты не бросимся. Нужды нет. Когда знаешь кто и зачем, ни к чему продираться сквозь терновник в поисках исполнителей. Их, исполнителей, либо свои же уберут, либо выдадут на том самом блюдечке с той самой каёмочкой.

— Вы знаете, кто и зачем? — без особого удивления спросил Слюнько.

— Законы криминалистики незыблемы. И если их знали в Первом Риме, знают и в Третьем. Кому выгодно, почему выгодно — ответьте на эти вопросы, и луч света озарит тёмное царство догадок. Но не смею докучать вам узковедомственными делами. У вас теперь целая губерния на плечах! Позвольте откланяться, срочно возвращаюсь в столицу. И вам до свидания, товарищ генерал, —

Пондаревский поклонился Белоненке. Чуть-чуть, на пять градусов. Как пан Пилсудский Ворошилову на переговорах. Ну, ну. И где тот пан Пилсудский? А Ворошилов, даром что простых кровей, и вошёл в историю героем, и вышел без потерь.

Когда дверь за Пондаревским закрылась, Белоненко сказал:

— Такой поднесёт чарку водки с ласковой улыбкой, но прежде плюнет в неё. В чарку. Вон он, плевок… — и генерал показал перед собой, будто плевок висел перед ним.

Да и висел, Слюнько сам чувствовал это.

— Это не человеческий плевок, а змеиный. Кобра плюнула.

— Вот-вот, — согласился генерал.

— А яд кобры — ценная штука, из него целебную мазь делают и прочие лекарства, что дороже золота. Так что мы проследим, чтобы плевочек этот в нас не попал, первое, и чтобы обернуть его себе на пользу — второе.

Так что у тебя с народовольцами этими, Иван Сергеевич?

— Ничего. Не гваздёвские они. Однозначно. Раз уж сумели в море адмирала достать — большие люди за ними стоят, куда нам, деревенским…

— А вот Пондаревский намекает, что это наших рук дело. Мол, кому выгодно? Нам и выгодно. Я стал губернатором, и всё такое.

— И какие у него доказательства?

— Были бы доказательства… Думаю, это выстрел наугад. Холостым патроном. Ну, подумай, если я из Гвазды могу запросто завалить в открытом море адмирала на флагманском корабле, то Пондаревского мне — как тот самый плевок растереть. Нет, если бы он верил, что я за этим стою, то никогда виду бы не подал.

Генерал намёк понял — и вида не подал. Ещё раз поздравил Слюнько с назначением и отправился нести службу.