…Такси ждет, я тоже… Прислонился к багажнику машины и наблюдаю за проходной «Комсомолки».
«Не додумал… Надо было не с „руссичкой“ воевать, а у Шпильмана барахлом затариться. А то опять одет в то же, в чем она меня на юге видела… Или фигня все это… Опс… а вот и мы…».
Я даже не думал, что буду так рад её увидеть! В Москве тепло, «бабье лето», наверное, градусов 17. На Вере темная блузка с вырезом и юбка в широкую горизонтальную, черно-белую полоску, белые туфли и белая сумочка на длинном ремне, через которую перекинут светлый плащ. Стройная фигурка, «конский хвост» черных волос. Она растерянно крутит головой и не сразу находит меня взглядом. Нас разделяют метров сорок и я успеваю заметить на ее лице сначала нарастающую беспомощность, которая затем смывается улыбкой «обнаружения», а после маскируется деланным спокойствием.
«Да… Зря ты ее бил, падла. У меня это к тебе теперь ЛИЧНОЕ…».
Несмотря на такие мысли, я встречаю девушку с вежливым спокойствием, открываю дверцу «Волги» и помогаю сесть в такси…
…Не-е… Так то у меня был план. Сначала я собирался показать Вере «нашу» шикарную квартиру, в процессе, обнаружить в гостиной накрытый стол (прикупился в ресторане «России»), а затем показать в спальне, купленный для нее, букет шикарных бордовых роз. Ну, а потом… само собой… плавно перейти к освоению спальни…
Все эти старперские заходы, из моей прошлой жизни, рухнули сразу, еще в холле. А «освоение» спальни я начал даже не дав возможности нам обоим раздеться… Эх, молодость!.. Мне все было по фиг и все возможно… Я прижал ее к стене и минут десять, практически, держал на руках, а эрекция оставалась «железобетонной»…
Девушка только успела снять остатки одежды, а я уже снова был готов к продолжению…
Если, поначалу, Вера, и попыталась было, принять какое-то активное участие в процессе, то тут же смирилась с моим напором и просто очередным вскриком давала понять, что я на самом верном и правильном пути!..
…Всему наступает конец… наконец, угомонился и я… Мы лежали на скомканных простынях, мокрые и задохнувшиеся.
Я понимал, что нужно что-то сказать… ОНИ же любят после этого поговорить! Но пока подбирал тему, Вера начала первой. Она перевернулась на живот, приподнялась на локтях и нависла надо мной. Ее тяжелая безукоризненнно-красивая грудь легла на мою, а зеленые глазищи гипнотизировали в сумраке зашторенных окон:
— ТЫ ПОЧЕМУ НЕ ЗВОНИЛ ВСЕ ЭТИ ДНИ⁈
14.09.78, четверг (6 месяцев и 24 дня моего пребывания в СССР)
Обычно уже к двум часам дня я еле сдерживал рвущееся на волю раздражение. А если уроков было шесть, то ближе к 14:45, на меня накатывала уже волна холодного бешенства.