Я слегка понижаю голос, чтобы никто, кроме него, не услышал.
— Это не дыра, — говорю я ему. — И без тебя Саноа-Бэй станет хуже. Тебе должно быть стыдно за то, что оставляешь их менее защищенными, чтобы ты больше так не поступал.
Он опускает глаза в землю.
— И потому что я буду скучать по тебе, — добавляю я.
Он медленно поднимает взгляд на «Мариетт», а затем на свой дом, словно впервые осознав, что это его дом; и уехать — это одно, но уехать в тюрьму — это пустая трата времени. И ради чего? Из-за дурацкой драки в баре, где он напал на студента со связями, а потом еще и оказал сопротивление при аресте?
Кажется, он сейчас где-то не здесь; он делает шаг назад, затем еще один. Разворачивается и идет к своему дому.
Я чувствую на себе взгляды его братьев, когда Айрон скрывается внутри, и не могу справиться с внезапно нахлынувшим чувством вины.
Я не была неправа. Ему нужно было, чтобы кто-то сказал это.
Но что сделано, то сделано. Я не хочу, чтобы завтра утром он уезжал, чувствуя себя еще хуже. Или чтобы забыл о том хорошем, к чему ему предстоит вернуться.
— Крисджен! — слышу я крик Трейса.
Но мне пора домой. Понятия не имею, вернусь ли я завтра. Наверное, я только что потеряла работу.
Я хлопаю по карманам в поисках ключа от машины, но со вздохом вспоминаю, что он всё еще у Айрона.
Я иду к гаражу Йегеров и вижу, что Мейкон всё еще там с той блондинкой. Она прижата спиной к стене, ее руки блуждают по его груди, в то время как он опирается на предплечье и склоняет к ней голову.
Я присаживаюсь на корточки, чтобы собрать свою одежду и обувь, наблюдая, как его ведет вправо, и он делает шаг, чтобы не упасть.
Я снова выпрямляюсь. Она шепчет ему что-то на ухо, а затем выскальзывает из-под его руки, бежит к кухонной двери и бросает ему улыбку.
Я запихиваю носки в ботинки и перекидываю сюртук через руку. С них ручьями стекает вода.
Мейкон поворачивается, встречаясь со мной взглядом, и я чувствую, как в животе всё переворачивается.
Он берет бутылку «Джим Бима» с края машины, над которой работал, и я направляюсь к кухне. Мне нужно забрать ключ.
Но я поворачиваюсь к Мейкону, говоря тихо:
— Тебе бы стоило избавиться от этой девицы.
— Помолчи.
Он даже не смотрит на меня.
Не знаю, почему меня это волнует. Я никогда не видела, чтобы он с кем-то ложился в постель. Может, ему бы и стоило.
Я поднимаюсь по трем ступенькам к двери.
— Ты в хлам, — выпаливаю я, поворачивая ручку. — Сегодня ты не примешь ни одного решения, которым потом будешь гордиться.
И я захожу внутрь, захлопывая дверь до того, как он успевает мне что-то выплюнуть в ответ.