Я тяжело выдыхаю, сгружая посуду рядом с посудомоечной машиной.
— Да, за мой счет. Господи, тебе цены нет.
— Ой, да просто сделай это, — говорит она. — Я бы сделала.
— Легко говорить из зоны комфорта серьезных отношений, когда тебе не приходится страдать от последствий легкомысленного поведения.
— Да как скажешь.
Чертовски верно, и я открываю рот, чтобы сказать ей это, но она меня перебивает.
— Так вот, послушай, — звучит ее голос у меня в ухе. — Я рассказала Лив о твоей ситуации...
— О, Клэй! Только не это.
— Погоди, — она спешит оправдаться, — она со мной согласна. Она говорит, что это точно Айрон.
— Она решит, что я использую спальни ее братьев как стулья в музыкальной игре.
Зачем Клэй ей рассказала? Лив — моя подруга, но они в первую очередь ее семья.
Но Клэй как-то невнятно бормочет:
— На самом деле, в этом нет ничего такого, к чему бы она не привыкла, живя в доме, полном холостяков.
— Но я ее подруга. Это другое, — я срываю с себя фартук и бросаю его в мешок для белья у задней двери. — Я больше никогда ничего тебе не расскажу.
Кажется, она меня не слышит.
— Она говорит, что Даллас к тебе и трехметровой палкой бы не притронулся...
Я останавливаюсь.
— Но он притронулся к Эми прошлой весной...
— И она говорит, что это мог быть Арми, но на диване — на него не похоже. Он предпочитает уединение.
Наверное, это правда. Я никогда не видела, чтобы он поднимался наверх или спускался с женщиной. Он всегда ездит к ним. Он делит комнату со своим маленьким сыном, так что это понятно.
Значит, скорее всего, это был Айрон.
— Ладно, и... что дальше? — спрашиваю я ее, забирая сумку и направляясь к двери. — Завтра утром он сдается в полицию. Что я должна сделать? Влюбиться в него?
— Нет. Ты идешь в этот дом, поднимаешься в комнату Лив и достаешь из ее шкафа костюм Безумного Шляпника, который она сшила еще в старшей школе. Затем подходишь к нему и затеваешь ссору. Позволь ему растерзать внучку человека, который отправляет его в тюрьму.
Господи.
Но я замедляю шаг, чувствуя, как ветерок обдувает мои ноги и слушая шелест пальмовых листьев. Кажется, ночью будет буря.
Я хочу увидеть его еще раз. Как он мог так сильно облажаться? Как он может вот так уйти? Мейкон имеет полное право злиться.
Мейкон...
Я поднимаю глаза и вижу свет, льющийся из гаража вниз по улице, и тень, скользящую перед одним из окон.
— Крисджен? — зовет Клэй, когда я не отвечаю.
Я медлю секунду, но потом спрашиваю:
— Что она сказала о Мейконе?
Мой голос звучит тише, чем обычно.
Она ничего не отвечает, но я слышу какое-то шуршание по телефону и приглушенные голоса на заднем фоне. Через несколько секунд она снова берет трубку.