Я знаю, кто там наверху, и смутно догадываюсь, чего он хочет. А еще я знаю, что, хоть он и немного туповат, принуждение — его сильная сторона.
Майло.
Я запираю двери машины и решительно шагаю к клубу. Рейф спешит открыть мне дверь, пряча вторую руку за спину и улыбаясь.
— Присмотришь за моей сестрой, пожалуйста? — прошу я его.
Он вытягивается по струнке, взглянув на мою машину.
— А?
— Она спит на заднем сиденье, — бросаю я, вбегая внутрь и взлетая вверх по лестнице. — Я быстро! Обещаю!
— Мисс Конрой!
Но я игнорирую его протест, огибаю перила и сворачиваю в коридор направо.
Отделка стен из красного дерева поблескивает в мягком свете бра, и я проношусь мимо картины с моим дедом, держащим сигару и стоящим рядом с серебристым немецким догом. У него нет немецкого дога. И никогда не было. У него четыре кавалер-кинг-чарльз-спаниеля. И от сигар его тошнит.
Из стены торчат оленьи рога, и я отшатываюсь, чтобы не получить одним из них в глаз. Толкаю закрытую дверь в конце коридора, позволяя ей распахнуться, влетаю в Зал Уэйнрайтов и вижу брата: он стоит у двухместного столика, ожидая меня.
Его голубые глаза на мгновение поднимаются, но тут же опускаются. Он знает, что облажался. Я дергаю подбородком в его сторону.
— Как ты здесь оказался?
— Я его забрал.
Майло сидит за столом и раскладывает пасьянс с таким видом, словно он король, склонившийся над картами и планирующий войну.
Или как будто он вообще умеет играть во что-то сложнее «Пьяницы».
Мой бывший парень тоже решил не поступать в колледж сразу. Вместо этого он стажируется в юридической фирме своего старшего брата, но, вероятно, тратит большую часть своих умственных способностей лишь на то, чтобы каждое утро учиться завязывать галстук.
— Так вот какова теперь твоя жизнь? — спрашиваю я его, бросив взгляд на его друзей, которых не знаю и которые сидят на диванах у камина. Двое парней, одна девушка. Новые лица, потому что почти все наши школьные друзья уехали учиться этой осенью. — Получать свои жалкие удовольствия там, где только можешь?
Майло улыбается; его черные волосы гладко зачесаны и блестят, ни один волосок не выбивается.
— Я просто хотел выманить тебя обратно на твою сторону путей сегодня вечером. Туда, где твое место.
Откуда он узнал, что я была в Саноа-Бэй?
Я подхожу ближе, сверля его взглядом. Он всё еще не посмотрел на меня.
— Тебе плевать на меня, — говорю я низким голосом. — Всегда было плевать. Твоя гордость задета, потому что они нравятся мне больше, чем ты.
Его легкая ухмылка застывает, пока он смотрит на карты, и на мгновение всё замирает, потому что я знаю этот взгляд. Взгляд, когда он в ярости и находится на грани применения силы.