— Буквально — я жив.

— Бред. Скорее уж, я жив, сменил сторону и ты до меня не дотянёшься!

Юсупов не мог похвастаться тем, что знает Пояркова, но ему показалось, что накал в голосе владетеля пошёл на спад. Он всё ещё злился, но все же не так, как минутой раньше. Уже раздумывал над вариантами. Что вовсе не значило, будто угроза для мелких сошек, вроде него, Алмаза, миновала.

— Со всем уважением, Николай Олегович, но это вы напрасно на Игоря. Суицидальных наклонностей за ним никогда не имелось. У прежнего, разве что. — как-то не очень понятно закончил Евсеев. — Должен же он понимать, что иуды, сколько бы не скрывались и сколь мощной поддержкой не пользовались, долго не живут.

Князь на миг задумался, но, судя по лицу, и этот аргумент Евсеева его не впечатлил.

— То есть, Фёдор Андреевич, ты хочешь сказать, что этот… Что Игорь сумел втереться в доверие к своим похитителям настолько, что те дали ему возможность посещать театры?

— Как версия, княже.

Алмаз тоже об этом думал. Не в таких формулировках, скорее подсознательно отказываясь принимать версию предательства.

— Что же он такого для них сделал, чтобы обрести подобное доверие? Я вот навскидку не могу ничего такого придумать. Разве что — работать на них согласился.

Воевода пожал плечами, совершенно не впечатленный раздражённым тоном князя. То ли знал его лучше, то ли были у него какие-то мысли на сей счет.

— Он изворотливый, вы же сами говорили.

— Уж это — с избытком! — внезапно согласился Поярков и неожиданно ухмыльнулся. Уже совсем не зло, а будто вспомнив что-то очень забавное и не лишенное приятности. Так родители вспоминают выходки детей, уж в чём в чём, а в этом татарин разбирался. Конечно, князь мог вспомнить шалость сына, принесшую убытков на тысячи рублей, но заставляющую сердце отца биться гордо и радостно. Но в контексте беседы…

— Так может?.. — Евсеев вскинул брови в вопросе.

— Не будем отбрасывать этот вариант, — кивнул князь, как-то даже оживившись. — Я по прежнему не понимаю, чем он мог купить своих… Но допустим. Гротов, Юсупов!

Он словно только вспомнил об их присутствии.

— Нужна дополнительная информация. Если он в Риме или окрестностях, значит будут ещё следы. Если прав Фёдор Андреевич, значит он сам их нам оставит. Если же ошибался — тоже. Переройте всё, но любая мелочь должна дойти до меня незамедлительно. Девка эта полуголая — кто она? Почему Игорь за её спиной? Кто его спутница? Всё — ясно вам?

— Слушаюсь, — в унисон ответили компьютерщики.

— Юсупов, работать будешь здесь, — на это Алмаз лишь кивнул. Он предполагал такое развитие событий. В том смысле, что ему придётся задержаться в резиденции, а не версию Евсеева. Почему, интересно, князь вдруг в неё поверил? Ясно, что они с воеводой знали больше, но вот что именно?