Мелькнула идея отправить с первой партией поселенцев Лайтфута, чтобы он мог построить домну и кузнечный горн, но поразмыслив, решил не торопиться: американец слишком ценный специалист, чтобы рисковать им. Оружия и орудий труда загрузили в избытке, кроме того, на месте находится Александров, который сумеет возместить недостающее. Лайтфута отправлю вторым или еще лучше третьим рейсом.

Как и ожидалось, «Стрела» прибыла в Плаж почти на сутки раньше «Варяга». Раг и Хад встречали меня на пристани, сияя от радости. После обмена рукопожатиями пошли в мой старый дворец, где Лоа хлопотала, готовя ужин.

— Хад, мне нужно двадцать-двадцать пять человек из тех, кто умеет работать с железом, углем, другими полезными камнями. Пусть среди них будут и те, кто умеет выжигать древесный уголь, мы построим новые города на новом месте.

Минут двадцать объяснял обоим, что задумал. Раг принял идею на ура, Хад вел себя более сдержанно. После моего переезда на Кипр жизнь в Плаже стала скучной, даже дикарей нет, чтобы сразиться, жаловался Лар, прибежавший, как только узнал о моем прибытии. К обеду в бухту вошел «Варяг», не давая ему пристать к берегу, вышел на «Стреле» в море, ложась курсом на Кипрус. «Варяг» послушно сменил курс и пошел в кильватере, постепенно отставая. Не подумал, нужно было сразу его отправить на Кипр.

Кипрус показался к полуночи: на песчаных косах, образующих вход в гавань, горели костры. Это правило было установлено Тиландером и свято соблюдалось, если корабли находились вне гавани Кипруса. Ориентируясь на костры, американец уверенно провел «Стрелу» в гавань и пришвартовался. Охрана пристани и по совместительству часовые бодрствовала. Жрецов вместе с Хером повел к себе, поручив Тиландеру позаботиться об остальных колонистах. Ночи стояли теплые, переночуют на пляже, главное, чтобы у них была еда и вода. «Варяг» ожидался только к утру, можно несколько часов поспать в комфорте.

Нел и Сед спали, а вот чуткое ухо Санчо уловило посторонние шумы, и он в боевом шлеме встречал нас у входа в резиденцию. Надеть полный комплект брони неандерталец не успел, но держал в руках огромный топор.

— Макш, хаа (рад тебя видеть), — прогудел Санчо, сжимая меня в железных объятиях.

— Хаа (я тоже), отпусти меня, медведь, задушишь, — с трудом освободился от его объятий. Разбуженные шумом, в дверях появились Нел и Сед.

— Нел, проведи гостей в комнату, нет, сейчас ужинать не будем, — ответил на ее невысказанный вопрос. — Утром уплываю, Сед, ты поплывешь со мной, навестим твоего отца.

Даже при слабом свете светильника увидел, как радость озарило лицо молодой жены.