— Ну если один небольшой акведук во дворец провести, это не проблема, — Александров просиял, — а с учетом реки и озера, несколько колодцев вполне закроют все потребности. Из Рейна воду пили вплоть до восемнадцатого века без очистки, и ничего, германцы вполне неплохо развивались. Цемент и камни у нас есть, могу сразу приступить к акведуку для дворца.

— Только не забывайте про конспекты, Владимир Валентинович, вы наш мегамозг и ваши знания нужно сохранить, — польстил ученому, который вспыхнул от лести словно мальчишка.

— Вы мне льстите по принципу «дурака хвалят в лицо», — не удержался Александров от колкости.

— Нет, я был искренен, и считаю, что вы своими знаниями стоите все человечество на планете на этом этапе эволюции.

Александрову понравилось, он смущенно потоптался и сославшись на необходимость определить уровень поверхности земли, по которому пойдет акведук, спешно попрощался. Я смотрел вслед бодрому старичку, завидуя его энтузиазму и здоровью. В его возрасте от меня ничего не останется, всего сорок два года, а по утрам просыпаюсь невыспавшийся и с ломотой в теле. Как физику удавалось сохранять энергичность и оптимизм в восемьдесят два года, оставалось для меня загадкой.

От идеи построить каменные дороги по всему Макселю пришлось отказаться. Замостив площадь перед дворцом и внутреннее пространство, мы пришли к выводу, что нашей жизни не хватит, чтобы полностью сделать все дороги из камня. Несколько ранее начатых улиц так и остались, с частичным каменным покрытием. Песок у нас был в изобилии, оставшиеся улицы решил уложить песком, чтобы не было грязи. Засыпка улиц и тротуаров песком не требовала много времени, после недели работ, большинство улиц стали удобны для передвижения. Местами оставались кучи строительного мусора, но Аламин обещал разобраться с этим.

Май подошел к концу, когда дал поручение обоим американцам готовиться в экспедицию за железной рудой. Максель преображался с каждым днем, приобретая вид обжитого города. Сегодня решил проверить как обстоят дела у пастухов и крестьян, чьи угодья располагались примерно в пяти километрах от моей крепости на запад.

Под злаковые было распахано около двадцати гектаров земли. Больше не получилось, чтобы не загонять волов. Лайтфут изготовил еще две сохи, а Тиландер в последней поездке привез еще волов, вместе с козами, овцами и свиньями. Осенью площадь распаханной земли под озимые планировалось увеличить втрое, чтобы покрыть все потребности в пшенице и ячмене. Загоны для животных были еще западнее, здесь поселилось пять семей крестьян, чтобы постоянно контролировать животных. В трех часах ходьбы к западу от места загонов начинались довольно крутые холмы, поросшие лесом. С южной стороны находилась сеть мелких неглубоких озер, куда животных гоняли на водопой. Эти же озера, как и холмы с западной стороны, представляли хорошую естественную защиту от непрошенных гостей. А учитывая, что река Рона течет с северной стороны от Макселя, расположение было крайне удачным.