Открываю мессенджер. Листаю список контактов вниз, мимо бесконечных рабочих чатов, мимо номера Макса, который теперь кажется мне радиоактивным.
«Валя (жена босса)». Я так ее записала два года назад. Записала с легкой долей пренебрежения.
Открываю чат. У нас там только пустые поздравления с 8 Марта и сухие «спасибо».
Мои пальцы замирают над клавиатурой. Что написать?
«Я всё слышала»? Она не поверит. Решит, что это провокация Макса.
«Прости меня»? Плевать она хотела на мои извинения, и правильно сделает.
Нужна конкретика. То, что докажет ей — я играю против него.
Я делаю глубокий вдох и начинаю быстро печатать.
«Валя, доброе утро. Я стояла под дверью кабинета вчера ночью. Я знаю про ООО "Вектор" и знаю, что он угрожал забрать Богдана. Максим сделает крайней тебя по налогам, а меня — по проводкам. Мы обе в одной лодке, и она тонет. У тебя есть мотив, у меня есть пароли от его теневой 1С и контакты его решал в налоговой. Без меня ты его не посадишь, он выкрутится. Без тебя — меня сделают козлом отпущения. Я хочу сделку. Сегодня в 11:00, кофейня "Зерно" на Садовой. Приходи одна. Это не ловушка, я боюсь его так же, как и ты».
Утреннее солнце бьет сквозь щели деревянных жалюзи, расчерчивая кухонный остров на ровные, слепящие полосы. В воздухе висит плотный, горьковатый аромат свежесваренного эспрессо.
Я стою у кофемашины, вцепившись побелевшими пальцами в край каменной столешницы, и смотрю, как в чашку падают тяжелые, темные капли.
Позади меня раздается тихое шуршание подошв. Запах древесного парфюма Максима с нотами сандала обволакивает шею, и от него волоски на затылке встают дыбом.
— Надеюсь, ты хорошо спала, Валюш, — его голос звучит мягко. Слишком мягко. Это тон победителя, который с утра обходит поле боя, любуясь трупами врагов.
Я делаю короткий, контролируемый вдох. Расслабляю плечи. Натягиваю на лицо маску сломленной, покорной женщины, которой он приказал мне быть.
Медленно поворачиваюсь, держа в руках блюдце с дымящейся чашкой. Ставлю перед ним на стол. Мои руки дрожат ровно настолько, чтобы он это заметил.
— Я подумала над твоими словами, — мой голос звучит тускло, почти безжизненно. Я опускаю глаза, глядя на его идеально отглаженный галстук. — Я на все согласна. Только… не забирай у меня Богдана. Пожалуйста.
Максим берет чашку. Делает глоток. Я чувствую его самодовольную ухмылку, хоть и не смотрю на него.
— Умная девочка, — он протягивает руку и проводит тыльной стороной ладони по моей щеке.
Кожа горит от этого прикосновения, желудок скручивается в тошнотворный узел, но я не дергаюсь. Стою, как каменная.