Дневник идиота Сашеньки дальше я читать не стал. Дорога до России длинная, успею его изучить.
Надо же, Сашенька! Меня всегда называли Александром или Сашей. Во взрослом состоянии — по имени-отчеству. За всяких Сань, Шур или того же Сашеньку я даже в драки лез. Но для простоты восприятия ситуации, себя прежнего здесь, в XIX веке, так и быть, буду называть Сашенькой.
Пока Степан продает остатки имущества, мне надо решить, что делать дальше.
Сашенька был выпедрежником во всем, и оказавшись в Париже изображал из себя заядлого курильщика — курил только вошедшие в моду кубинские сигары «Ramon Allones», начатую коробку которых принес Степан. Поэтому закурив сигару, я предался размышлениям, что мне надо делать.
Есть конечно призрачная надежда, что что все происходящее — глюки ушибленного мозга и надо просто подождать. Но что-то свыше подсказывает мне, что это не глюки.
И поэтому первое: из Парижа надо уносить ноги и как можно скорее. Тут Сашенька, похоже, нырнул почти до самого дна. По крайней мере, мне оно видится уже явственно.
Дальше вариантов всего два: закрыв глаза и сломя голову куда-нибудь бежим, едем, плывем. Не камильфо, лучше снова в петлю.
Тогда остается последний и единственный вариант: едем в Россию-матушку, вступаем в наследство и действуем по ситуации. Задача минимум — расплатиться с долгами и и стать для начала калужским помещиком.
К сожалению, мои познания в истории Отечества достаточно скромные.
Я знаю что были Куликовская битва, титан русской истории царь Петр, который прорубил окно в Европу и построил Петербург. Была война с Наполеоном, восстание декабристов, отмена крепостного права. Затем революция 17 года, которую совершил Ленин. Потом был великий вождь, отец народов товарищ Сталин и Великая Отечественная война. В 1961 году в космос полетел Юрий Гагарин.
Горбачев и Ельцин под руководством Березовского и Чубайса развалили СССР, устроили дефолт 98 года и войну в Чечне.
А потом президентом России стал Путин. Чеченская война закончилась, но в проклятых горах вскорости погиб мой единственный сын, служивший в погранвойсках.
Всё: решение принято. Еду в Россию и как можно быстрее.
Стук в дверь разбудил меня на рассвете.
Я открыл глаза и некоторое время лежал, пытаясь понять, где нахожусь и что происходит. Потом вспомнил — убогая комната в парижском пансионе, куда Степан перетащил мои немногочисленные пожитки после того, как мы освободили предыдущее жилище. Он не успел всё подготовить к отъезду и пришлось задержаться еще на ночь.
Стук повторился, настойчивее.
— Александр! Mon chéri! Ouvre la porte!