— Идиот. Романтичный, безмозглый идиот, — мне хотелось высказаться немного по-другому, но после прочитанных пошлых стихов язык почему-то не повернулся.

Но теперь я — этот идиот.

Накатившееся раздражение требовало выхода и я не нашел ничего лучше, чем запустить дурацкую кожаную тетрадь в угол комнаты. Неожиданно это меня успокоило.

Я придвинул стул, сел на него и открыл вторую тетрадь, более толстую. Это оказался дневник господина Нестерова. Вести он его начал с четырнадцати лет.

Дневник велся нерегулярно, но информация содержащаяся в нем для меня бесценна. Первое, что я выяснил, прочитав последнюю запись, а это я сделал самым первым делом, какое сегодня число, какого месяца, а самое главное, узнал год.

Итак, сегодня двенадцатое июля 1840 года, по григорианскому календарю. По юлианскому календарю, по которому живет Россия, это 30 июня. Последнюю запись тот Александр Нестеров сделал ранним утром, перед тем как решил повеситься.

Последней каплей для него был неутешительный итог его карточных игр. Этот идиот надеялся с их помощью поправить своё материальное положение.

Правда непонятно какого лешего, сидя на жопе ровно, когда через день два тараканы гоняют друг друга в пустом кармане, он умудрялся на дешевых баб спускать кучу бабла, как только оно у него появлялось.

Ну, дебил. А амбиции какие! Считать себя великим поэтом, почти равным Пушкину и Байрону! Поэтому полгода назад покатил во Францию, с целью получения европейского образования и попутного покорения Старого Света, как только ему стукнуло двадцать один, и он получил право свободного выезда из России. Оказывается сейчас из России-матушки дворянин до двадцати одного года свободно выехать не может. Государь Николай Павлович Первый — мужчина строгий, у него особо не забалуешь.

Значит, я — калужский дворянин Александр Георгиевич Нестеров. Полных лет мне двадцать один, и родился я двадцать седьмого декабря 1818 года по юлианскому календарю.

В Париж я приехал в конце января 1840 года и снял сразу же одни из самых дорогих апартаментов. Денег у меня были полные карманы, наивная матушка, души не чаявшая с своем Сашеньке, постаралась набить ему их максимально туго денежными знаками. Она всерьёз полагала, что её любимец едет учиться и заниматься серьезно литературным творчеством.

Через месяц апартаменты пришлось сменить на те, что попроще, затем еще на более попроще и в конечном итоге господин Нестеров оказался постояльцем одного из самых дешевых парижских пансионов.

А ведь по идеи не дурак и достаточно прилично образован: закончил Московский университет, по крайней мере знает чуть ли не в совершенстве четыре европейских языка: английский, итальянский, немецкий и естественно французский. На последнем балакает как самый настоящий француз, что кстати в России сейчас не редкость. После войны двенадцатого года хороших учителей французского, а также итальянского и немецкого пруд пруди.