Выходя из кабинета я неожиданно подумал:
«Похоже это был не медведь, а жар-птица, которую я покорил своим выстрелом. Или Соня — золотая рыбка. А вас, батенька, она зацепила. Соня видите ли».
Поручик был не один, с ним был молодой городовой, который вместе с прибежавшим Тихоном бегал вокруг лошадей. Лошадей было три, две из них явно были гвардейского поручика.
Лицо городового мне показалось знакомым, но вспомнить где я его видел, у меня не получилось.
Поручик прочитал надписи на конвертах и еще раз сказал мне:
— Александр Георгиевич, утром в восемь часов в Малоярославце.
.
Утром мы были в Малоярославце. Все в итоге было сделано на мой взгляд как положено и я ехал с чистой совестью.
Отец Петр получил мое письмо и к ночи приехал в имение сам и лично заверил меня, что поможет Пелагее при необходимости.
Алексею Васильевичу я написал письмо, что обстоятельства требуют моей срочной поездки в столицу. Посвящать его в подробности я не стал, мне почему-то показалось, что самое правильное и мудрое сейчас пока быть на расстоянии со своим единственным взрослым кровным родственником.
Незнакомые мне еще малолетние племянники, сын и дочь старшего брата Петра, пока не в счет. Я написал его вдове о своем возвращении и она мне сухо ответила, приняв это к сведению.
Мы виделись всего однажды мимолетом, в Калугу я не ездил, что мне там будущему великому поету было делать, а она с маленькими детьми мотаться за десятки верст не желала.
Так что свиделись мы всего однажды, когда я уезжая во Францию по своим делам приехал в Калугу и на минутку заскочил к ней. Но запомнилась не жена брата и дико орущие дети, которым что-то там не нравилось и они на пару устроили концерт по заявкам трудящихся.
Сейчас она вроде бы уехала с детьми в Ярославль. Там живет её старший брат, он относительно удачно женился и забрал к себе уже старую мать и сестру.
Из имения мы выехали в полночь. До Малоярославца в принципе не так уж и далеко и я полагал, что вполне успеем к восьми часам. Наша усадьба в момент моего отъезда, фигурально выражаясь, стояла на ушах.
Как мы поедем дальше мне не понятно. Поручик уверенно сказал, что успеем и я всецело в этом деле положился на него.
Степан и Андрей были приодеты на европейский манер и если Степан освоился почти сразу же в новом платье, все таки месяцы проведенные в Париже не прошло даром, то Андрей явно чувствовал себя не в своей тарелке.
Все таки традиционная русская одежда достаточно удобная и свободная. В отличии от например одежды различных щеголей и щеголих которыми полны даже улицы провинциальной Калуги.