Но все мои попытки были тщетны. В конце концов я оставил это бесперспективное занятие и решил исходить из этой цифры.
Выбрав все что меньше или равно двум тысячам я быстро посчитал их общую сумму. Получилось чуть меньше двадцати шести тысяч. Плюс непосредственно самохватовские десять и в итоге тридцать шесть.
Всё, на этом финансово-долговые изыскания прекращаем. Если речь идет действительно о сорока тысячах, но картина понятна.
Эти долги надо погашать последними, они в своем большинстве самые свежие и даже хорошо,что их консолидировали.
После обеда я уже собрался идти к Пантелею, как пришел Вильям.
Вчера он меня очень удивил. Когда мы вернулись, наш английский товарищ не пришел и не встретил меня. На мой вопрос где он, Степан как-то странно развел руками и сказал, что Вильям очень занят.
Сегодня опять был такой же ответ.
И вот наконец-то я узнаю чем он был занят.
Вильям составлял итоговый отчет о фактически завершенных сельхозработах в имении.
По просьбе старосты Вильям составил отчёт о завершении сельскохозяйственных работ в имении. Конечно, говорить о полном завершении ещё не приходится, например, стоят невспаханными под осень десять гектаров господской пашни. Они весной пойдут под что-нибудь яровое.
Но для этого не надо привлекать кучу народа. Почти все могут спокойно заниматься домашними делами, своими личными огородами, копать ту же картошку, к примеру.
Можно организовывать что-нибудь масштабное в имении. Мужики, сезонные отходники, могут смело просить барина отпустить их. Всё это уже без ущерба основным работам в поле.
Это одна из причин, почему староста считает, что сельскохозяйственные работы в этом году завершены.
Вторая причина — моё обещание проставиться после окончания работ. Мне это совершенно не понятно. Наши мужики не производят впечатления зависимых от этого дела.
У меня есть соображения на эту тему, и я при случае свою гипотезу проверю.
Вильям тщательно обмерил все земли, и уничтожение почти всех межевых борозд реально дало прибавку пашни в семь десятин.
Но это было ещё не всё.
До нынешней осени пашня в имении состояла из двух практически одинаковых рядом расположенных участков. Между ними было почти десять десятин земли, которая реально пустовала.
Эти десятины были распаханы и включены в господский клин.
Кроме этого, тридцать десятин господского клина, которые должны были уйти под пар, засеяны клевером.
Вильям тщательно обследовал все сенокосы и предложил их улучшить: кое-где подсеять травы, а кое-где уничтожить заросли различных кустарников.
Сейчас как раз есть и время, и рабочие руки всё это делать. Вот только есть маленький нюанс — нет семян нужных трав.