– Прошу прощения, я решил, что… – Харри кивнул на фотографии.

– Да, – сказала она. – Это мой сынок.

Возникла пауза. Ветер донес до них далекий лай и металлический голос, сообщающий, что поезд на Халден отправляется с семнадцатого пути. Донес и бросил перед занавесками у открытых балконных дверей.

– Извините. – Харри взял чашку, но вспомнил, зачем пришел, и поставил ее обратно. – У нас есть основания полагать, что убийца женщин – серийный маньяк и одной из следующих жертв он выберет…

– Какие замечательные у вас пирожные, фрёкен Сивертсен. – Беата встряла внезапно, даже не успев как следует прожевать. Харри удивленно посмотрел на нее. Со стороны балкона донесся шум приближающегося поезда.

– Они покупные, – смущенно улыбнулась хозяйка.

– Давайте я попробую начать еще раз, фрёкен Сивертсен, – поняв, почему Беата перебила его, произнес Харри. – Во-первых, скажу: причин беспокоиться нет, ситуация полностью под контролем. Во-вторых…

– Спасибо, – поблагодарил Харри, когда они шли вниз по Швейгордсгата мимо депо и низких заводских зданий, на фоне которых сад и вилла были похожи на оазис в черной пустыне.

Беата улыбнулась и даже не покраснела.

– Просто подумала, что не стоит вот так – обухом по голове. Есть же правило: надо походить вокруг да около. Представить вещи не в таком мрачном свете.

– Да, слышал про такое. – Харри прикурил сигарету. – Никогда у меня не получалось разговаривать с людьми. Вот слушать – другое дело. А может… – Он осекся.

– Что «может»?

– Может, я уже ни на что не годен? Может, я уже работаю без отдачи? Может, надо заняться… чем-нибудь другим? Ты не против сесть за руль?

Он бросил ей ключи через крышу машины.

Она поймала и посмотрела на них с каким-то удивленным выражением лица.

В восемь часов в зале для совещаний снова собралась четверка ведущих следователей и Эуне.

Харри доложил о встрече на вилле Валле и сказал, что Олауг Сивертсен отнеслась к делу довольно спокойно. Разумеется, она испугалась, узнав, что, возможно, попала в зону внимания серийного убийцы, но паниковать не стала.

– У Беаты возникла мысль: пускай она какое-то время поживет у сына, – добавил Харри. – По-моему, мысль здравая.

Волер покачал головой.

– Почему нет? – удивился Харри.

– Преступник может наблюдать за будущим местом преступления. Если мы начнем что-то там менять, рискуем его спугнуть.

– То есть ты предлагаешь использовать старую, ни в чем не повинную женщину как… как… приманку? – Беате хотелось скрыть свою злость, но лицо заливалось краской.

Волер некоторое время смотрел на Беату, а она смотрела на него. Когда пауза затянулась, Мёллер открыл рот, чтобы сказать хоть что-нибудь – не важно, что и каким голосом, – но Волер его опередил: