С возмущением смотрю на старшего тренера — когда это я чего ляпал? Но промолчал. Из чистого протеста иду так, как есть — потный, с необработанной ссадиной на скуле, в майке с надписью «СССР» и шортах. Разве что шлем снял да перчатки стянул.

— Костян! Костян! Головой за шлем и перчатки отвечаешь! — шепчу Цзю, скорее для того, чтобы хоть как-то его расшевелить, чем действительно припахать.

После поражения наш Чебурашка затих — сидит, глядит на мир грустными глазами.

— Что? О, точно! Иди-иди, а я пока твои перчатки на куски порежу и фанаткам продам. Шлем, так уж быть, сохраню, — шутит друг, немного ожив.

Перед входом в правительственную ложу два охранника. Ну, вряд ли с такими мордами это журналисты. Тщательно проверили, похлопав по бокам, — будто на мне есть где что-нибудь запретное спрятать — и пропустили без возражений. Видно, предупреждены.

Оглядываю ложу «Горбачевых и Ко» и замечаю, кроме них, нового главу спорткомитета СССР Николая Ивановича Русака и ещё какого-то солидного дедка лет семидесяти. Ну и охрана, конечно, сзади. Стоят, как мебель: лица каменные, лишь глазами меня просканировали — и снова в режим ожидания ушли.

И тут осознаю: в этом виде я, пожалуй, первый боксёр, попавший к генсеку без галстука, и вдобавок с разбитой мордой. Все присутствующие в ложе, включая охрану, в пиджаках и при галстуках, а я — как будто случайно забежал спросить, где тут душ. На секунду даже захотелось извиниться и вернуться — переодеться, что ли, да привести себя в порядок. Но поздно. Горбачёв уже повернулся в мою сторону.

— У тебя кровь⁈ — почти взвизгнула Светка, срываясь с места и пытаясь вытереть мне губу салфеткой.

— Да нормально всё, — отмахиваюсь. — Заживёт!..

— Доброе утро, — здороваюсь со всеми сразу.

Мне предлагают присесть, расспрашивают о бое, о впечатлениях от чемпионата и вообще о перспективах советского спорта. Я сейчас не про газету.

А на ринге тем временем наш Судаков боксирует с Феликсом Савоном из Кубы… вернее, уже проиграл. Савон — здоровенный, под два метра, двукратный чемпион мира, и впереди у него, знаю, ещё три олимпийских золота. Разорвал нашего чемпиона СССР без особых сантиментов. Жаль парня. Судаков из Красноярского края — почти земляк.

— Толя, скажи, а вот чего не хватило сейчас Жене? — спрашивает меня Русак.

— Савон уже звезда, — отвечаю. — А в будущем… да не будет у него соперников. Это один из лучших боксёров планеты.

— Даже с учётом профессионалов? — уточняет Раиса Максимовна, глядя на меня с неподдельным интересом.

— Я не слежу за профессиональным боксом, — отвечаю уклончиво. И добавляю мысленно: пока что не слежу.