— С таково… ну то исть я думаю, — поправился Антип Меркурьевич, — их-то перетряхнули да наизнанку вытряхнули, но осадочек-то остался! У общественности. А они же, калуны ети, с полицией прям-таки близнецы сиамские! Без покровительства-то ихнего дрянь такая никак не выйдет! Так вот!
— А сейчас, — молодой мастер развёл ладони перед грудью, — шалишь! Потому как общественность. И если сами калуны может и не особо способны напакостить — лично, то полиция, они-то привыкли — брать! Каждый городовой хоть рюмку, а имел с них, а сейчас — зась!
— То-то я думаю, — меланхолично проговорил Федул Иваныч, подпирая щёку ладонью и глядя на вьюгу за заснеженным окном, — разносортица такая среди их брата! То серьёзный человек зайдёт, в чинах, а то сявка служивая. Обиделися, значица…
Встав, он подошёл к «африканской» стене в мастерской, декорированной дикарскими разностями, начиная от шкуры леопарда и копий со щитами, заканчивая такой экзотической гадотой, как череп бабуина. Если б не полиция, то ух какая замануха для клиентов! Чистая ярмарка, да ещё и поговорить можно!
— Обиделись, — повторил он задумчиво, трогая пальцем острый желтоватый клык вываренного до белизны черепа, — а ведь Мишка писал, што на всю Преторию нормальных портных — на раз-два, притом два — ето он… А⁈
— Вот и я о том же, Федул Иваныч, — закивал молодой мастер, и мужчины, не сговариваясь, перевели взгляды на хозяйку.
— Баба, да от налаженного хозяйства… — Федул Иваныч дёрнул плечом, подрастеряв запал и сдуваясь на глазах, — н-да…
— А с другой стороны… — он расправил плечи, каменея лицом, — всё равно ведь работать не дадут!
[i] Аними́зм — вера в существование души и духов, вера в одушевлённость всей природы. Анимистические представления присутствуют почти во всех религиях .
[ii] Культ Тенгри — это культ Голубого неба — небесного Духа-хозяина, Вечного неба, местом постоянного обитания которого было видимое небо. Тенгри-хан мыслился как Бог поистине космических масштабов, как единый благодетельный, всезнающий и правосудный. Он распоряжался судьбами человека, народа, государства. Он — творец мира, и Он сам есть мир. Ему подчинялось все в Мироздании, в том числе все небожители, духи и, конечно, люди.
[iii] Женевская Библия (кальвинисты), Псалтырь, псалом 89 — песнь Моисея.
Двадцать девятая глава
Африканская ночь мягким покрывалом опустилась на землю, и на небосводе тёмного бархата мягко замерцали звёзды. Дневная жара ушла прочь, и земля постепенно остывает, даря долгожданную прохладу. На охоту и водопой вышли обитатели сумерек, наполнив вельд разнообразными звуками.