Одна повозка подпорчена, и похоже — безвозвратно, добрая четверть лошадей убита, ещё четверть ранена, но всё же, всё же…
Мы с Санькой в сборе трофеев участия не принимаем, отмываемся поодаль, в протекающей мутноватой речке. Грязища, кровища, говнище… Выглядим мы, да и чувствуем себя, как два упыря.
Мерзко, и жосткий отходняк после боя. Саньку потряхивает, но вижу это только я, да подошедший Мишка — чистенький, насколько это вообще возможно после долгого перехода и лежания в засаде.
— Трофеи, — протягивает он мне медальон и документы от того непонятного, — Твой коллега, как оказалось.
«Уинстон Черчилль, газета Морнинг Пост»
Мелькнуло в самой глубине што-то похожее на узнавание… да и погасло.
Тридцать пятая глава
— Наши… — выдыхаю на земле встречающим, спешно отцепляя с пояса страховочный трос и скидывая шинелку. Не отходя далеко, начинаю делать кроки на подсунутом планшете, скрестив ноги по туркски, и усевшись так прямо на пыльную землю.
«Техники» из наземной команды, косясь любопытно, спешно утаскивают летадлу на повозку, проверяя ткань на разрыв, а бамбучины на трещиноватость. Необходимости в починке пока не возникало, но в теории, готовы они к любому сюрпризу.
— Наши, — подняв на миг голову, повторяю подошедшему Мишке, дорисовывая кроки без излишней спешки, — из Европейского Легиона. Ручаться не буду, но кажется, из коммандо Дзержинского, то бишь Первый Сарматский в европейской классификации.
— Вот здесь… — тыкаю карандашом в кроки, и надо мной склоняются физиономии командиров, — столкнулись с британцами, по виду совершеннейшее ополчение из Капской колонии.
— Так, так… — Ван Огтроп по извечной своей привычке начинает жевать нижнюю губу, обнажая желтоватые зубы, поредевшие после концлагеря, — численность?
— Около полусотни наших и сотня бриттов. Ну… то есть сейчас бриттов меньше, — поправляюсь я, и прямо-таки всей кожей чувствуя, какое облегчение сейчас у буров.
— Я так понимаю, — веду карандашом по карте, — сарматы их переиграли. Разведка получше поставлена, ну и вообще — вояки толковые, с нормальной выучкой. Подловили на марше растянутую колонну…
— Сверху хорошо видно, — прерываюсь для пояснений недоверчиво сощурившемуся Веннеру, — бритты так в колонне и легли, как шли.
Кивок, и я продолжаю.
— Наших меньше было, но порядка двадцати ополченцев они сразу выбили, в походном ещё строю. Десятка полтора-два чуть погодя, да и сейчас у них тактическое положение лучше. Бритты огрызаются, но отходят во-от сюда… — буры как заворожённые следят за карандашом, — а зацепиться им не дают.