После оказания помощи господину Охоткину, я написал письмо о случившемся лукояновскому капитану-исправнику и отправил с ним Савелия и Тихона.

Это сказки про белого бычка, что помещики могли убивать своих крепостных безнаказанно. Убийство везде, во все времена было преступлением и Российская Империя не была исключением. По любому должно быть проведено расследование. И решение принимал капитан-исправник. Он конечно учитывал все обстоятельства дела и особенно личность потенциального преступника.

Именно в этом был корень сытой и безбедной жизни этих чиновников. Любой даже самый высокопоставленный и супербогатый русский дворянин со своими капитан-исправники предпочитал жить с мире и дружбе. Поэтому я был уверен в благоприятном для меня решении местного товарища. Такого шанса установить со мной нужные ему отношения он естественно не упустит.

Обстоятельства дела я изложил так. Вор-бурмистр решил убить своего господина. Об этом узнали верные люди и предупредили меня. Поэтому мы ехали с опаской и настороже. Но бандиты устроили засаду и успели сделать два выстрела и ранили дворянина, моего служащего.

Мои люди тоже стали стрелять и убили одного из нападавших на месте, а двух других когда они убегали. Про четвертого раненого бандита я писать не стал.

Вскоре мы были в Арзиново. Поскакавшие вперед младшие Лаптевы к моему приезду собрали всех взрослых села на площади перед строящимся храмом. Двух подручных Фрола, уклонившихся от нападения повязали и поставили на колени впереди толпы крестьян.

В подвале господского дома бурмистр устроил маленькую тюрьму. Туда он сажал на правеж строптивых крестьян. К моему появлению там томилось семеро мужиков. О темнице рассказал пленный бандит и я приказал братьям освободить узников, не дожидаясь моего приезда.

На подъезде к селу я спросил Ивана Саватеевича:

— Человек ты теперь вольный, пойдешь ко мне управляющим?

Иван остановил лошадь, два раза огладил свою бороду, снял шапку и степенно перекрестился.

— От чего же не пойти? Пойду. Мы тебе, барин, со всех наших предприятий будем по гроб десятину платить и жалования мне без надобности. А за имение не переживай, наведу порядок и денежки рекой потекут.

— Мужиков не притесняй и не препятствуй ежели кто свое дело желает завести.

— А платежи с этого в твою пользу какие прикажешь брать? — я засмеялся, надо же Иван сразу задал вопрос по делу.

— Да ты, только что сам его установил, десятина и не копейки больше.

Известия о смене власти крепостные восприняли с одобрением. Вникать с подробности беспредела творимого Фролом я не стал. У меня была твердая уверенность, что новый управляющий это то, что надо.