Бизнес-класс который продолжался уже за полночь был прерван конским ржанием за окном. Савелий остановился на полуслове и с радостью в голосе сказал:
— Батюшка мой с братьями прибыли.
Савелий был точной копией своего отца, только молодой да седины в волосах не было. Прибывшие степенно поклонились.
— Я, барин, Иван Саватеев Лаптев, отец Анисьи и Савелия. А это мои сыновья, — Иван, сын Саватеев показал на троицу стоящую у него за спиной. Все они были копиями своего отца. Только у двоих бороды были пожиже, а третий был еще юн и даже безусный.
Иван тем временем продолжил.
— Ты, барин, прости нашу дерзость, только дело не терпит. Бурмистр черное дело замыслил, по дороге напасть на тебя и убить.
От такого оборота я даже потерял дар речи.
— Вы когда в Муроме задержались из-за болезни твоего приказчика, человек Фрола все разузнал и перед вами в Арзиново помчался, — меня как током ударило. Я вспомнил как под Муромом в трактире, где мы задержались на полдня из-за болезни Сергея Петровича, вокруг нас вертелся какой-то мужичонка. У него постоянно дергался справа уголок рта.
— Дерганый такой. У него рот постоянно, — я пальцем изобразил дергающееся движение.
— Именно так, барин. Звать его Карпом, он еще днем в имение прискакал. Семка, — Иван показал на младшего, — подслушал его разговор с Фролом.
Иван толкнул вперед младшего и ткнул его в спину, говори, мол. Семен как красна девка зарумянился, откашлялся и неожиданно забасил.
— Карп говорит, нам или в бега сразу подаваться, или барину сначала голову открутить, а потом бежать. Фрол спрашивает, а ты как думаешь? Карп ему в ответ. Сначала голову открутить, пока разбираться будут, глядишь и утечь сможем. Фрол его спрашивает, и куда бежать будем? Карп ему отвечает, знамо куда, за границу. А Фрол так нехорошо засмеялся и говорит, как дружок наш. Карп ему о ответ, дурак он, умных людей надо слушать. Фрол ничего не ответил, походил туда-сюда и говорит, собери мол людей. Раньше завтрашнего утра они не поедут. Устроим засаду у старой ракиты.
Семен замолчал и обернулся к отцу. Тот кивнул ему. Я несколько минут молчал переваривая услышанное.
— Что это за старая ракита? — спросил я. Вопрос на самом деле глуповатый, можно подумать мне известно что тут и как.
Задал я его естественно от неожиданности и растерянности. Но Иван, сын Савватеев, виду не подал, хотя даже я сам видел свою рстерянность, и серьезно объячснил.
— Низинка такая, уже на нашей дороге, с полверсты от поворота. Место такое тихое, глухое. Очень для засады сподручное, лучше не найти.
— И людей сколько у этого негодяя? — вступил в разговор безмолвствующий до сей поры Матвей. Иван быстро повернулся к нему.