Не раздумывая, она активировала его, и лабораторию залил яркий импульсный свет. Селезнёв взвыл, его трансформированное тело содрогнулось, и он выпустил Кирюшу. Алиса тоже дёрнулась, словно от внезапной боли.

— Электромагнитный импульс! — выкрикнул я, вспомнив, что ЭМИ действительно на какое-то время дезориентирует межпространственные сущности. — Потехин, хватай кристаллы! Дети, к выходу!

Воспользовавшись моментом, когда Алиса ослабла от импульса, я помчался к контейнеру. Внутри находились пять крупных различных кристаллов— идеально подходящие для ритуала закрытия разломов. Я схватил два из них, Потехин взял остальные.

Смольская пошатнулась, явно ослабленная после использования устройства.

— Я… задержу их, — прохрипела она. — Уходите.

— Но… — начал я, понимая, что это означает для неё верную смерть.

— Уходи! — резко перебила она. — У меня остался последний импульс. Этого хватит, чтобы вы успели скрыться.

Алиса уже начала восстанавливаться после воздействия ЭМИ, её трансформированное тело извивалось, пытаясь принять прежнюю форму.

— Ты… предательница! — её многоголосье наполнилось яростью. — Особый отдел всегда был верен Императору!

Смольская горько рассмеялась:

— Я была верна Империи. Настоящей Империи — не тому кошмару, который создал Кривцов.

Она сделала шаг к Алисе, сжимая в руке устройство.

— Уходите! — крикнула Смольская нам, не оборачиваясь. — И закройте эти чёртовы разломы!

Селезнёв тоже начал приходить в себя, его многочисленные глаза мигали, фокусируясь на нас.

— Бежим! — крикнул я, подхватывая Кирюшу, который с трудом держался на ногах после схватки с Селезнёвым. — В туннель, быстро!

Потехин, держа кристаллы, ринулся первым, указывая путь. За ним побежали дети. Алёша задержался на секунду, подзывая своих монстров, но Пожиратель был слишком сильно ранен Селезнёвым.

— Оставь его! — крикнул я. — Он задержит их!

На лице Алёши отразилась боль, но он понимал, что выбора нет. Его Стервятник и Скрытень последовали за нами, а Пожиратель остался, прикрывая отступление.

Когда мы уже скрылись в туннеле, позади раздался яркий взрыв — Смольская активировала последний заряд своего устройства. Звук обрушивающихся перекрытий заглушил крики ярости Алисы и Селезнёва.

— Бегите! — скомандовал Потехин. — Туннель может обрушиться в любую минуту!

Мы мчались по искривлённым коридорам, которые как будто жили своей жизнью — сужаясь и расширяясь, меняя направление. Кристаллы в наших руках странно реагировали на окружающие искажения, иногда испуская яркие вспышки света.

— Что это? — спросил Глеб, указывая на кристаллы, пока мы пробирались через очередной изгиб туннеля.