Генерал внимательно изучал меня, и в его взгляде читалось всё больше удивления.

— Макеев сообщал, что ваша основная сила — удлинение… Но один из моих офицеров доложил, что видел, как вы используете «танец теней». Это… поразительно.

Он явно хотел задать больше вопросов, но сдерживался, понимая, что сейчас не время и не место для подобных разговоров.

— У меня есть и длугие возможности, — уклончиво ответил я. — Но сейчас это не главное. Каковы наши потели?

Семенов нахмурился, мгновенно переключаясь в режим военного отчёта:

— Около семидесяти человек убито, не меньше сотни ранено, многие тяжело. Из Суперов потеряли девятерых, двенадцать получили серьёзные повреждения. Северная и восточная стены пробиты в нескольких местах. Артиллерия уничтожена на семьдесят процентов.

Я огляделся, словно мог увидеть с этого места весь Бастион.

— А воклуг Бастиона?

В этот момент над нами раздался хлопок — звук рассекаемого воздуха. В нескольких метрах материализовались два человека: Пётр, со всё ещё с тлеющими крыльями за спиной, и Артемий «Красавчик» Селезнев. Их мы отправили на разведку сразу после окончания первой волны.

— Генерал, — выпалил Соколов, переводя дыхание, — у меня плохие новости. Вторая волна уже формируется. И это… это нечто невообразимое.

Лицо Семенова окаменело.

— Сколько?

— Раз в пять больше, чем в первый раз, — мрачно ответил Соколов. — Они будут здесь максимум через час. Может, меньше.

Валун тяжело выдохнул, непроизвольно сжимая кулаки. Один из офицеров, стоявший позади генерала, побледнел и закрыл глаза, словно мысленно уже приготовился к смерти.

Селезнев хмуро кивнул, поджав губы. Казалось, что он борется со своим беспокойством.

— На подступах настоящий ад, — добавил он, старательно изображая вовлеченность. — Они двигаются какими-то… организованными группами. Никогда такого не видел.

В этот момент вперёд выступил Соколов, мрачно глядя в сторону Селезнева:

— Скажи им про символы, Артемий.

«Красавчик» вздрогнул, словно его застали врасплох, и после секундной паузы неохотно проговорил:

— Да… Мы заметили странные метки на скалах. Похоже на какие-то ритуальные знаки.

— Сколько их? — спросил я, неожиданно ощутив холодок по спине.

— Тринадцать, — ответил вместо него Соколов. — Один из разведчиков успел нанести их расположение на карту перед тем, как погиб. Они образуют почти идеальный круг вокруг крепости.

В моей голове что-то щёлкнуло. Прибор Кирюши, который засёк странные всплески энергии. Тринадцать точек, образующих замкнутый круг. Это не могло быть совпадением.

— Это не обычное нашествие, — сказал я тихо, но твёрдо. — Кто-то целенаплавленно напавил монстлов сюда. Эти символы… они похожи на плизывающие метки.