Мне не стоило это произносить, но я не смогла остановить себя. Хочу услышать ответ от него. Сидя напротив, не могу отделаться от мысли, что, если судить по его взгляду, я словно его женская копия. Он смотрит с таким пониманием. Не с тем, с каким обычно смотрят врачи, здесь что-то намного глубже.
— Да, — коротко отвечает он и, встав со своего места, подходит к окну, выглянув на улицу, залитую солнцем. — И испытываю до сих пор. Однажды я узнал кое-какую новость и после этого потерялся. Мы с женой развелись, моя жизнь по ощущениям закончилась. Я приложил много сил, чтобы выкарабкаться, но пустота так и не пропала.
— Ты же врач, почему ты не можешь помочь сам себе?
Я поднимаюсь с кресла и останавливаюсь сбоку от него, тоже смотря за окно.
Оуэн пожимает плечами.
— Не получается. Я даже ходил на прием к другому врачу своей специальности, но быстро забил на это дело. Мне удалось принять все, что произошло, большего я от себя не требовал.
— Ты чувствуешь себя счастливым? — подняв на него взгляд, спрашиваю я.
Джексон опускает голову, посмотрев на меня в ответ и мягко улыбается.
— Моментами, — неоднозначно отвечает он. — В любом случае, человек не может быть всегда счастлив, как и не может всегда страдать. Это баланс.
— В какие моменты ты особенно счастлив?
Мужчина ненадолго задумывается.
— Когда нахожусь рядом с близкими людьми, когда окружен детьми своих друзей, когда принимаю очередного пациента, собираясь помочь ему обрести моральную свободу.
У меня нет ничего подобного и не знаю будет ли. В отличие от меня у Оуэна есть ресурсы, ему есть за что зацепиться, чтобы ощутить спокойствие, забыть про пустоту более здоровым образом.
— Это тоже избегание?
— Не совсем. В моем случае я принимаю свою пустоту и не пытаюсь прятать ее. Когда я лечу кого-то, лечусь и сам. Некоторые истории жизни людей… ужасны. Даже этого слова мало, чтобы описать их ситуации. В такие моменты начинаешь благодарить Бога за то, что у тебя уже есть.
— Почему вы развелись с женой?
Зачем? Зачем я задаю ему этот вопрос, это ведь не мое дело. Он вырвался быстрее, чем я успела подумать и мне снова становится стыдно. Наверное, Оуэн не ответит мне, и я не обижусь на него за это. Как же глупо я иногда поступаю.
— К сожалению, есть желания, которые оказываются сильнее, чем любовь.
Я не понимаю этот ответ, но не собираюсь спрашивать, что он имеет в виду. Мне так интересно узнать, чьи желания оказались сильнее: его или ее, что приходится прикусить язык.
Оуэн поворачивается спиной к окну, полностью обратив на меня все свое внимание. На его губах вновь возникает дружелюбная мягкая улыбка, которая сразу же вызывает доверие. Психологи, психотерапевты, психиатры, — все это сборище мозгоправов, — считаются лучшими манипуляторами?