— Что ж, теперь моя очередь задавать вопросы. Как тебе прием? Доказал ли я свою компетентность?

Я уже знаю ответ, но не спешу его озвучивать. Мы практически ничего не обсудили, но в какой-то момент мне стало очень комфортно рядом с ним. Пусть нельзя сказать, что я полностью открылась, но где-то внутри понимаю, что хочу прийти сюда еще раз, рассказать ему больше, сблизиться сильнее.

— Не буду лукавить, это было приятно. Каков мой диагноз, доктор?

Его улыбка становится шире, обаятельнее. Джексон проходит мимо меня, садясь за свой стол и делает еще какие-то записи на своем компьютере. Пару минут проходят в полной тишине, после чего он подходит к принтеру и забирает распечатанный лист, протягивая его мне. Бумага теплая и пахнет краской.

— Здесь анализы, которые прошу тебя сдать. Если же ты не собираешься приходить ко мне на следующий прием, то можешь просто выкинуть этот лист. Диагноза пока никакого нет, сегодняшнего приема недостаточно, чтобы увидеть полную картину.

Я читаю название нескольких анализов и, сложив лист в четверо, убираю его в задний карман джинс.

— Можешь сориентировать меня, когда у тебя еще свободные окошки?

Оуэн Джексон, горячий красавчик, издает самый сексуальный хмык, который я когда-либо слышала в своей жизни. Я почти пискнула от этого и мне приходится сильно прикусить губу, практически до боли.

Взгляд мужчина опускается на это действие и, протянув руку, он кладет ее мне на подбородок, давя большим пальцем на губу, прося этим отпустить ее. Задержав дыхание от его прикосновения, я делаю это, и он тут же отстраняется. Он источает такое тепло, но пальцы его рук невероятно холодные, мне хочется взять их в своих ладони, чтобы согреть.

— Просто скажи мне любые удобные даты, и я назову тебе доступное время.

Мы садимся по своим местам, и я не торопливо называю ему даты, наобум, потому что, честно говоря, у меня свободен каждый чертов день. Я не делаю абсолютно ничего.

Из кабинета я выхожу с неведанной раннее легкостью. Подойдя к кассе, называю свою фамилию и врача, у которого была, собираясь заплатить за прием, но девушка за административным столом качает головой.

— У вас оплачен курс терапии на десять приемов у Оуэна Джексона, миссис Баум.

Мои брови взметаются вверх и, пробормотав спасибо, бросаю взгляд на дверь кабинета Оуэна, за которой он только что скрылся вместе со следующим пациентом. Это его рук дело, не так ли? Почему меня это злит и трогает одновременно. Это… мило? А может, таким образом он пытается оплатить секс двухгодовалой давности? Ведь когда мы встретились в баре, у него даже не было возможности угостить меня выпивкой. Ладно, какие бы побуждения у этого парня ни были, это чертовски приятно и из клиники я выхожу с широкой улыбкой.