Больше всего я переживаю, что Мишель не станет исключением, что, как и с бывшей женой, я начну еще больше сомневаться в том, что она не уйдет от меня, и это потихоньку заставит нас сойти с ума, пока не сведет отношения на нет. Очень тяжело чувствовать уверенность, когда ты уязвим. А я уязвим, как никогда прежде.

— Ты задумался, — вырывает меня из мыслей девушка.

— Да.

— О чем?

— О всяком.

Миша вздыхает и трет своими ладонями мои плечи. Я поднимаю взгляд на ее глаза, любуясь этим чистым цветом. Она как ангел, сошедший с небес. Светлая, приятная и такая невинная, несмотря на всю ту боль, которую ей причинили. Я говорил это прежде? Хочу сказать еще раз.

Мне жаль, что эта потрясающая девочка родилась не в той семье, но отчасти понимаю, что, если бы не это все, мы бы, вероятно, никогда не встретились. Мне жаль, что она испытала боль, но эта самая боль привела ее ко мне, привела нас друг к другу и, может быть, мне стоит быть немного благодарным ее судьбе.

— Я хочу, чтобы ты говорил мне абсолютно все, что у тебя на душе, Оуэн. Я понимаю, что ты сомневаешься в том, что я не уйду, думаешь, что мой мозг не до конца понимает твои проблемы, и мне не хочется убеждать тебя в обратном, потому что в этом нет смысла. Я просто буду рядом и каждый день буду показывать тебе, что ты правильный, что тыцелый . Но самое главное, я буду показывать тебе, что ты мой осознанный выбор.

— Такая Мишель мне нравится больше, — отвечаю я, помогая ей слезть с меня. — Уверенность делать тебя еще сексуальнее.

Она улыбается и, потянувшись ко мне, целует в губы.

— Как насчет того, чтобы съездить в какую-нибудь кофейню и съесть что-нибудь супервкусное?

* * *

Весь день мы только и делаем, что гуляем, наслаждаясь хорошей погодой. Чарлстон более красивый, чем Луисвилл. Нас окружает потрясающая колониальная архитектура, почти весь центр города усеян невероятной красоты особняками, а то, какой здесь народ, пожалуй, ничем не описать. Я не знаю, где еще бы мне встречалось такое гостеприимство. Люди в магазинах, в кафе и в уличных лавках встречают нас с дружелюбной улыбкой, желают хорошего дня и делают комплименты, от которых Миша светится пуще прежнего.

Мы съели так много еды, что наши животы разрывает на части, но все равно находим место, чтобы попробовать традиционные креветки с кукурузной кашей в одном из самых популярных ресторанах для туристов. Блюдо оказывается не совсем в моем вкусе и остатки креветок доедает Миша, которая, наоборот, в восторге от этой еды.

Я смеюсь и шучу над ней, наблюдая за тем, как она набивает свое брюхо, жуя за обе щеки. Девушки с аппетитом — моя страсть. Эмили обожала еду, боготворила ее и считала лучшим, что придумало человечество, Мишель оказалась такой же. Я готов скупить все блюда в ресторане, если это значит, что буду видеть ее такой милой.